Полное собрание сочинений. Том 14. Война и мир. Черновые редакции и варианты. Часть вторая

– Поди, голубчик, посмотри, дали ли ему всего: от обеда вафли хорошие остались, а то ведь они рады, сами сожрут…

Pierre подошел к французу и поговорил с ним.

– Граф Петр Кирилыч, поди сюда, – закричала старуха, но в это время француз, отзывая в переднюю Pierr’а и показывая черную рубаху, краснея, просил дать ему чистую, ежели можно. Pierre вернулся к старухе и рассказал.[759 - На полях конспект: Типы французов. Итальянец – нежный, добрый, образованный. Рыжий Javert – честный служака. Брульон – весельчак.]

– Хорошо, дать ему полотна десять аршин, да сказать, что я из милости даю.

Да скажи ему, чтоб он своему начальнику сказал, что, мол, вот я – княжна грузинская, Марфа Федоровна, живу, никого не трогаю и чтоб они мне беспокойства не делали, а то я на них суд найду, да лучше самого бы ко мне послал. Хорошо, хорошо, ступай с богом, – говорила она французу, который расшаркивался в дверях гостиной en remerciant la bonne dame…[760 - [благодаря добрую госпожу…]]

Выходя от княжны, Pierre в темноте лицо с лицом наткнулся с человеком в таком же армяке, как он сам.

– А, Безухой! – сказал человек, которого Pierre тотчас узнал за Долохова. Долохов взял его за руку, как будто они всегда были друзья. – Вот что, ты остался, и хорошо. Я запалил уж Каретный ряд, мои молодцы зажгут везде, да вот как мне с старухой быть, жалко; а материн дом я зажгу.

Pierre тоже забыл в это время, что Долохов был его враг, он без предисловий отвечал ему.

– Нельзя, за что же ее жечь? – сказал он. – Да кто ж распорядился жечь?

– Огонь! – отвечал Долохов, – а свой дом зажжешь?

– Да лучше, чем угощать в нем французов, – сказал Pierre,– только сам зажигать не стану.

– Ну, я тебе удружу. Завтра сделаю визит с красным петухом, – сказал Долохов, близко приставляя свое лицо к лицу Pierr’а, и, засмеявшись, пошел прочь.

– Ежели меня нужно будет, спроси у Данилки под Москворецким мостом.

Вернувшись домой во флигель, Pierre встречал везде французских солдат; некоторые спрашивали его, кто он, и, получая ответ: «дворник из такого-то дома», пропускали его.

У его дома стояли часовые, и в доме, как он узнал, стоял важный французский начальник. В галерее сделали спальню, перестановили всё и спрашивали, где хозяин, и с Маврой Кондратьевной заигрывали.[761 - Зачеркнуто: да она] Слышно было тоже про пожары.

На другой день Pierre пошел опять ходить и[762 - Зач.: на Арбате встретил Наполеона] невольно толпой народа привлечен был к гостиным рядам, которые горели.