Селфи на фоне санкций

Именно украшенная – потому что такими теплыми белыми шарами обычно оформляют территорию отелей, чтобы создать у клиентов ощущение праздника. Я ахнула.

– Красота, да? – с гордостью сказал Василий. – Мы все не поскупились, когда сдавали деньги на благоустройство садоводства. Я лично ползарплаты отдал. А что касается твоего вопроса – давай вернемся к нему, когда будет светло. Посмотрим дом, обойдем его вокруг, всё прикинем, и если последуешь моим советам – гарантирую стопроцентный результат. Дача уйдет со свистом, как горячий пирожок.

Я слушала его вполуха, поскольку неожиданно оказалась в сказочной деревушке. Двух- и трехэтажные ухоженные домики с ярко освещенными окнами казались игрушечными. Кирпичные невысокие заборчики, причесанные деревья с разноцветными гирляндами, кое-где даже башенки с флюгерами. Где все эти дощатые бытовки, кривые сараи, уличные туалеты и сетки-рабицы, которые мы привыкли видеть в советских садоводствах? «Дорожник» за эти годы стал лучше элитного, но безликого коттеджного посёлка.

– Моя дача на Синей линии, в паре кварталов отсюда. А вот и твои владения, – многозначительно сказал Василий, указывая вперед. – Как тебе?

– Не очень, – честно ответила я.

Мрачный участок, расположенный на краю соснового леса, казался в этом идеальном пейзаже инородным элементом. Дикие кусты бесцеремонно забирались на дорогу. Фары высветили лохмотья бледно-желтой краски, свисавшие с деревянного дома.

– А как в дом-то зайти? – растерянно спросила я. – Смотри, из-за этого сумасшедшего бурьяна даже на крыльцо не подняться.

Василий с трудом приоткрыл калитку (покосившийся забор едва не рухнул) и побрел к дому, притаптывая, приминая могучий бурьян. С силой дернул серую разбухшую дверь, она неохотно, с загробным скрипом поддалась. Крикнул мне: «Победа! Давай сюда!», – и шагнул внутрь.

Я робко поднялась на крыльцо. В недрах дома, пахнущего сыростью и пылью, дрожало крошечное пламя Васиной зажигалки, он никак не мог найти выключатель. Наконец тусклая лампочка еле-еле осветила веранду.

Вот он, тот самый коричневый круглый стол на толстой резной ножке, за которым мы пили чай много лет назад! А в моих мыслях он был намного больше, надо же. На нём так и лежит пожелтевшая, истлевшая от времени кружевная салфетка. Вокруг – разномастные стулья, обивка вся покрылась ржавыми пятнами. Василий с сомнением на них поглядел и садиться не стал.

– Куда будем складывать вещи, ты уже решила? – спросил он, стряхивая репей с джинсов.