Пушистый избранник. Если не кот, то кто?

Голова закружилась – то ли от тяжёлого смрада, то ли от разочарования в себе.

– Я просто убиралась, Петя, у меня не было времени идти на помойку, – попыталась Наташа объяснить потухшим голосом и осела на край ванны.

Петя схватил её за плечо и безжалостно встряхнул.

– Соберись, Наталья! Между ждут в офисе. Быстро пойдем на кухню и поговорим… Господи, а тут чем пахнет? Неужели Ваучер нахулиганил в знак протеста? Мяучер, приятель, совсем мы тебя замучили сегодня, да? – наклонился Петя к пушистому клубку в раковине.

Кот не отреагировал. Крепко спал, свернувшись баварским кренделем. Где у него кончается хвост, где начинается голова, куда он запрятал лапы, а также какие законы физики позволили изогнуть шею подобным образом, было непонятно.

– Ваучер не при чём. – Наташа кое-как, по стеночке, добралась до кухни. – Он только в кюветку ходит. Это опять от бабы Флоры сверху несёт. Совсем перестала убирать за своими кошками. Хоть в полицию жалуйся.

– На тебя сам скоро в полицию соседи пожалуются, разводишь антисанитарию, скоро хуже бабы Флоры станешь.

– До официального развода? – промямлила Наташа, подходя поближе к приоткрытому окну, чтобы глотнуть свежего воздуха. – Ты всерьёз хочешь подавать на развод?

– Сегодня, увидев твою ванну, я окончательно понял, что да! – Пет упёрся кулаком в столешницу.

– Увидев ванну или увидев Каролину в сумасшедших невестиных туфлях? – едко уточнила Наташа, включая стальной чайник и открывая хлебницу. Необходимо было выпить чаю со слойкой, чтобы привести нервную систему в норму. – Откуда она вообще взялась, эта Каролина? Что-то я её на нашей работе не помню!

– Она пришла уже после твоего декрета, и я сто раз тебе про неё рассказывал. Каролина сразу показалась мне очень перспективной кандидатурой.

– Перспективной кандидатурой на роль твоей жены? – Наташа агрессивно рванула полиэтиленовую обёртку от слойки, воображая, что это длинные волосы Каролины.

– Я не буду поддерживать этот бессмысленный разговор. – Петя на минуту закрыл глаза, вероятно, пытаясь успокоиться. – С тобой я теперь буду разговаривать только о ребёнке, и слава богу, что он у нас единственный. На выходные я Надю буду забирать, если ты не против.