Энеата. Воин и Солнце

Беглец опустил в мозаичную вазу перед жертвенником все оставшиеся у него деньги.

– Осени путь Энеаты, добрая госпожа, – пробормотал он, – и защити мою семью.

Нунна на мгновение преклонил колено, а затем спешно поднялся и вознамерился уже покинуть святилище.

– Энеаты? – тихо переспросил кто-то.

Нунна резко развернулся.

– Это странное имя, – задумчиво повторила девушка в светлом одеянии, с плотным алым платком, покрывавшим голову и плечи.

– Да, – растерянно отозвался Нунна. – Я и сам не встречал его прежде.

Он с подозрением разглядывал заговорившую с ним незнакомку. Слабого света очага было явно мало, чтобы рассмотреть её как следует, но то, что девушка была молода и красива, Нунна заметил. Даже слишком красива, чтобы вообще говорить с ним. Но она была ещё и такая странная, совсем не похожая на прочих дарфиек… И такой мягкий, нежный голос, проникающий глубоко в душу и не дающий возможности в чем-либо отказать.

– Скажи мне, кто эта Энеата? – робко улыбаясь, спросила она.

– Моя невеста.

– Да благословит Астарна ваш союз. А какого цвета глаза у твоей невесты?..

Нунна ответил, не видя причин что-либо скрывать:

– Голубые.

– Цвета неба, – тихо произнесла незнакомка, опуская взгляд и о чём-то призадумавшись.

– А кто вы, госпожа?..

Девушка улыбнулась снисходительно и тепло, подняв руки, откинула полотно, открывая белые волосы, сверкавшие в отсветах пламени серебром. Огонь в очаге взметнулся выше, и удивительно светлые глаза незнакомки блеснули, как вода, отражающая поверхность луны.

– Я – та, чьей помощи ты ждёшь, – нежно прозвучал её голос.

– Аарка… – прошептал Нунна, замирая.

Вчерашний закат был слишком ярким. Красноватые отблески на воде Великой реки пугали жителей Эрисума, перешептывающихся о небывалой красоте вечернего солнца как о дурном знамении. «Будто кровь в реке!» – говаривали одни. «Скверное дело!», – поддакивали другие. Кто-то уверял, что знак этот не для них, а только предвещает грядущую битву между Энараном и Идшаром.

Утром храм Аарки был полон молящихся. Густой и тяжёлый запах от курильниц наполнял воздух жертвенного зала, голоса звучали глухо и взволнованно… В тишине и повисшем дыму Нунна покинул святилище, чтобы успеть к вечеру прибыть в Карауд.

Таинственная дева из храма обещала помощь, и Нунна рассказал ей всё, что знал.