Забытая ночь

– А сейчас мы попробуем велотренажер, – объявила Сера, игнорируя его слова.

Джордан приподнял бровь:

– Я уже смогу крутить колеса?

– Всю работу проделает ваша здоровая нога.

Сера была рада перейти в тренажерный зал.

Словесная дуэль с Джорданом Серенгетти занимала все ее внимание, и ей нужна была передышка.

Джордан на костылях поковылял вслед за ней в зал, где она помогла ему сесть на велосипед. Он был настолько обаятелен, что она почти забыла о его травме. Но она заставила себя собраться и начала давать ему указания.

Джордан медленно крутил колеса взад-вперед своей здоровой ногой, а левая нога потихоньку сгибалась и разгибалась.

– Вам больно? – спросила Сера.

Он улыбнулся:

– На тренировках бывало больнее.

– Хорошо. А теперь попробуйте надавить на педаль левой ногой, но только очень аккуратно.

Она несколько минут наблюдала за ним, пока его усилия не удовлетворили ее.

– Хорошая работа.

– Какая высокая похвала, – пошутил он.

– Мы еще не закончили, – парировала она.

Еще через несколько минут они вернулись в кабинет, и она показала ему, как поднимать выпрямленные ноги, лежа на спине. После этого помогла ему лечь на бок и начать приподнимать ногу в этом положении.

Когда они закончили последнее упражнение, Сера посмотрела на часы и удивилась, обнаружив, что их занятие подошло к концу.

Она заправила прядь волос за ухо и выдохнула.

– Хорошо, на сегодня это все.

Джордан приподнял бровь:

– Мы уже закончили?

Она кивнула:

– Вы делаете успехи.

Он улыбнулся. Не с насмешкой, не с лукавством, а просто и искренне.

– Я рад, что иду на поправку, – сказал он.

И Сера от души согласилась с ним. Чем быстрее Джордан поправится, тем скорее она избавится от него.

Глава 4

– Когда, по-твоему, ты снова начнешь играть? – Голос Марвина Флора раздался в трубке мобильного телефона.

Джордан поморщился. Марв был его агентом уже десять лет, с тех пор как он начал свою карьеру.

– Почему бы тебе не объединиться с сестрой, Мией, и не начать рекламировать мужскую одежду? Разве она не подающий надежды дизайнер?

Джордан с трудом сдержал смех, стараясь прогнать мысль о том, что полушутливое предложение Марва было признаком отчаяния.