Стамбул. Подслушанное убийство

– Чего хотят? И я хочу! – Сзади незаметно подошёл Манчини. – Девчонки, вх..тр..гр..ть бар? Выпьем чн..ин..те..рн шампанского!

Судя по всему, он предлагал развлечься в баре, но Ника была не в настроении.

– Нет, спасибо.

Это им с Федерикой можно праздновать раньше времени: у неё второе место, у него третье. Почему бы не повеселиться?

– А ты что скажешь? – Манчини обнял Федерику за плечи, ее это не смутило.

– Пойдём. – Она приобняла его за талию и подмигнула Нике.: – Давай с нами?

Ника покачала головой, и эта парочка, в обнимку, побрела вдоль палубы.

Какая идиллия! И это после вчерашней сцены в кафе?

– Зашибись. Похоже, я тут единственная нормальная.

Она в очередной раз проверила рейтинг – шестое место. До Таллии, разместившейся на пятом, не хватало всего двадцать три лайка. Такая нервотрёпка кого угодно сведёт с ума!

Из ресторана вышла Света, и Ника поспешила ретироваться. Она устала от разговоров, устала выслушивать, какая Катрин стерва, и что преподаватели обязаны вычислить того гада, который устроил подлянку с дизлайками.

Хотелось просто побыть в тишине: дождаться оглашения результатов, вернуться в отель, принять душ и уснуть.

Она спустилась на вторую палубу. Манчини и Федерика как раз заходили в бар. Ника подошла к перилам, достала телефон, чтобы снова проверить рейтинг. Сигнал вай-фая пропал. Оно и к лучшему – нервы целее будут.

С другого конца корабля, из комнаты досуга, вышли Таллия и Юрис. Ника помахала им и пошла на нижнюю палубу. Может, там никого не будет?

Корабль шёл плавно, качка совсем не ощущалась, на открытой террасе дул ветерок, но, несмотря на это, было душно, пахло машинным маслом.

Исчезли крики чаек, на смену им пришёл раздражающий гул двигателей. Но разве это проблема для того, у кого имеется стопроцентное средство против шума: отключи слуховые аппараты и живи спокойно.

Она обогнула стол, заставленный ящиками с шампанским, прошла мимо двери с табличкой «Машинное отделение» и нырнула в первую попавшуюся каюту, которая, к счастью, оказалась не только открытой, но и свободной.

Внешний мир с его звуками, интригами и суетой остался наверху. Ника села на деревянную скамейку и, взглянув на часы, решила, что пятьдесят минут, оставшихся до оглашения результатов, проведёт здесь, где её вряд ли потревожат. Крошечное окошко, за которым лишь темнота, прикрученный к полу стол и тусклая лампа под потолком – что ещё нужно? Отличное место, чтобы побыть наедине с собой.