Отмеченная огнем. И остался только пепел

Тут он заметил широкий пень рядом с тропинкой и, взяв ведунью за руку, отвел ее к нему, усадил и сам сел рядом.

– А самое страшное – это сны, – Исха будто не заметила перемены позы, смотрела пустыми глазами куда-то вдаль. – Почти каждую ночь я вижу свою смерть. Я сгораю, Григ. Чувствую, как мое тело охватывает огонь. Вот здесь, – она взяла его руку и приложила к своей шее чуть ниже левого уха. – И это ослепляюще больно. Каждый раз просыпаюсь от собственного крика.

Жрец, чуть касаясь, провел большим пальцем по ее щеке.

– Это просто сон, ничего больше, – попытался успокоить он. Исха горько улыбнулась.

– Я ведьма, жрец. Понятие «просто сон» ко мне не относится. Я знаю, как умру. Вопрос в другом: когда?

Ее уверенность поразила Грига, однако он не показал этого.

– Ты не думала перебраться в столицу? – мягко спросил он, глядя ведунье в глаза. Нужно было срочно менять тему. – Там совсем по-другому относятся к таким людям, как ты. Взять хотя бы нашего великого князя: его десница – маг. Ты знала об этом? И, кстати, я слышал, он ищет себе помощника с даром.

Она покачала головой.

– Люди везде одинаковы. И то, что единицы из нас добиваются какого-то положения в обществе, не означает, что так получится у каждого. Да и не хочу я этого.

– Чего же ты хочешь? – осторожно выдохнул он, приблизив лицо к ней на расстояние ладони, уже чувствуя ее дыхание на коже. Она посмотрела на него так, словно только сейчас увидела. Пронзительно со всех сторон пищали, чирикали, кричали и свистели птицы, почти оглушая.

– Тепла, – хриплым полушепотом наконец выдала она. – Я хочу тепла.

Он ничего не сказал вслух, но в его вишнево-карих глазах, которые все приближались, отражалось не просто тепло, а что-то гораздо большее. Ведьма почти уже была готова принять то, что они обещали, когда закравшаяся мысль больно резанула где-то в середине груди. Исха резко отстранилась и поднялась на ноги.

– Ты же понимаешь, что это невозможно? – как можно холоднее заметила она. – Сколько может продлиться такая… хм… дружба?

Григ тоже встал и хотел что-то возразить, но Исха подняла руку, останавливая его.

– И не нужно мне говорить про равенство людей, мы не в храме. Нет его, этого равенства. И мы с тобой на разных концах лестницы.

Он сделал шаг навстречу. Ведунья замотала головой.

– Нет, Григ. Уходи. Пусть все останется на своих местах. Так будет лучше.