Моран дивий. Стезя

Я взял её и увидел как дрожат у меня руки. Леся тоже увидела.

– Подожди.

Она легко вспорхнула и через несколько секунд снова опустилась рядом со мной на колени. Перевернула над кружкой маленький пузырёк тёмного стекла. Из него упало несколько капель маслянистой жидкости. Медленно, клубясь маленьким облачком, они стала расползаться в кипятке, не очень, видимо, стремясь с ним смешаться.

– Что это? – я облизнул сухие губы, привалился спиной к ближайшему дереву. Какая странная слабость…

– Немного волшебства для бодрости, – засмеялась девочка.

 – Не бойся, не отравлю.

– С меня волшебства на сегодня, пожалуй, довольно, – буркнул я, с неожиданным удовольствием глотая чай и чувствуя, как его целебное тепло растекается внутри.

– Ты видел сон? – спросила Леся, внимательно рассматривая сидящую у неё на запястье пчелу.

– Видел.

– И что же тебе приснилось?

– Дорожка в лесу. Вдоль неё – грибы. Леся с коробом. И… мора, – неуверенно сказал я.

– Вот ещё, – фыркнула Леська. – Мора какая-то.

Ерунда прямо. Говорила вам, мальчики, спать надо по ночам, а не после полудня на солнышке. В голову тебе напекло.

– Пошли домой, – Тим увязывал рюкзаки, собирая с травы вещи. – Мы и так получим по башке за то, что весь день в лесу проваландались.

Я осторожно перевалился на четвереньки, поднялся, опираясь на дерево, прислонился к нему, переводя дух.

Сон или явь? Фигня какая-то. Как может быть явью подобный бред? Но как может быть таким осязаемым сон?

А, может, не таким уж и осязаемым… Как положено сну после пробуждения, его сюжет всё более туманился, пережитые ощущения и чувства блекли.

Пока придём домой, я уж, наверное, и не вспомню, что мне вообще что-то снилось.

Наклонившись, я подцепил свой рюкзак и случайно скользнул взглядом по веткам ракит, закрывающих привидевшуюся мне таинственную тропку. Ветки были переплетены в замысловатую сеть и связаны на концах ярко-голубым шнурком от Леськиных кроссовок.

* * *

Не помню, как я дотащился до посёлка, чувствовал я себя, мягко говоря, не важно.

Поэтому когда тётя Мила увидела мою жёлто-зелёную физиономию, кинулась готовить какой-то укрепляющий отвар и велела немедленно ложиться в постель.

– Тебе надо поспать. И как можно дольше, – безапелляционным тоном заявила она, скармливая мне темную горячую жидкость с резким запахом. – Никаких сегодня ночных гулянок. Понятно, Тим? Тебя это тоже касается.

При слове «спать» я поморщился.