Танцующая саламандра

Нет, мысли его она вряд ли прочитала, блок работал надежно.

Но вот эмоции, ощущения – прочитала…

И приняла их с привычным смирением. Именно смирением – это почти забытое, практически неупотребляемое в современной реальности слово моментально вынырнуло из глубины памяти Павла, стоило только заглянуть в глаза этой девушки.

Да, девушки, называть Ксению самкой рептилоида у Павла почему-то уже не получалось, даже мысленно. Может, из-за того, что ее глаза, так отличающиеся от человеческих, напомнили глаза монахинь из православных монастырей, виденные Павлом в документальных фильмах и репортажах.

Собственно, не сами глаза, а выражение этих глаз. И то самое смирение.

А еще в душе Ксении Ламиной не было даже намека на злобу, ожесточенность, зависть и прочие, ставшие уже привычными для Павла, эмоции рептилоидов.

Что было вдвойне странно – мало того, что девушка уродилась безобразной, что уже должно было ожесточить ее, так ведь и социальный статус не мог не наложить отпечаток на характер Ксении Ламиной, представительницы «золотой молодежи» рептилоидов.

Дочь депутата Государственной думы, жившая не в подземелье, а в роскошном коттедже, дышавшая свежим воздухом, плававшая в бассейне, имевшая доступ к деликатесам, хорошему вину, брендовой одежде, отборнейшим самцам рода человеческого, продающимся за деньги, – Ксения Ламина по определению должна была вырасти классической стервой, капризной и избалованной.

Но ничего такого Павел не почувствовал за те несколько мгновений, что смотрел сквозь зеленовато-желтые глаза в душу девушки.

А вот его искреннее приятное удивление, похоже, проскользнуло сквозь ментальный блок, и хозяин дома его услышал. Да и хозяйка, судя по многозначительному взгляду, которым она обменялась с супругом, тоже уловила эмоции гостя.

Значит, и она обладала ментальной силой. Немудрено, что их дочь получила удвоенный набор способностей. В компенсацию за внешнее уродство, наверное. И кстати, вполне могла гипнотизировать собеседника или понравившегося парня, становясь в его глазах писаной красавицей.

Но Павел был почти уверен, что Ксения никогда ничего подобного не делала.

– Ну, что вы там застыли? – улыбнулась Сесилия. – Пора за стол, ужин стынет.

– А где у вас можно руки помыть?

– Ох, простите, Павел, сразу не сообразила! Ну что за хозяйка такая бестолковая!

– Сесилия, не кокетничайте, вы превосходная хозяйка, ваш дом говорит об этом за вас. Да нет, он буквально кричит и дизайном, и уютом, и чистотой.