Аромагия. Книга 2

– Как полагаете, кто это сделал? – поинтересовался Исмир, и в его колком запахе вдруг послышался азарт. Дракон подобрался, как-то напружинился, словно готовясь к рывку.

– Наверное, виноторговец, – подумав, озвучила я свои выводы и объяснила: – Вино открывала я сама, пробка не была повреждена.

– Тем не менее кто-то вполне мог впрыснуть жидкость с помощью шприца, – предположил Исмир, облокотившись о каминную полку.

– Вряд ли, – не согласилась я. – Кому и зачем это понадобилось? Я просто позаимствовала первую попавшуюся бутылку из домашних запасов.

Кажется, это почему-то порадовало Исмира: исходящий от него запах буквально заискрился бодрящим кислым лимоном и горьковатым грейпфрутом.

– Тогда нам следует поговорить с виноторговцем, – легко предложил дракон.

Мята, лимон, кубики льда… Мне вдруг сделалось зябко.

– Господин Исмир… – Вздохнув, я потерла лоб. – Надеюсь, вы понимаете, что сейчас мне не до этого.

– Понимаю, – согласился он, как мне показалось, с разочарованием.

– Разумеется, – не задумываясь, откликнулась я. – Ищите лавку «Мед Лайпнира».

– Благодарю! – церемонно склонил голову он. – Простите, вынужден откланяться, у меня еще много дел.

– Конечно, – рассеянно откликнулась я. – До свидания, господин Исмир.

Он только кивнул и стремительно вышел…

Я встала, задвинула засов и прислонилась спиной к прохладной двери.

Боги, милосердные мои боги, за что вы так со мной?! Два года назад я чуть не утонула в своей боли и выплыла лишь благодаря любви к сыну, аромагии и мелким радостям жизни. А теперь эти хрупкие соломинки кружатся в стремнине, то выныривая из водоворота, то скрываясь в глубине. Мне самой едва хватает сил, чтобы удержаться на поверхности, и я могу только беспомощно наблюдать, как тонет то, что мне дорого…

Зачем все это, если мой собственный муж предпочитает бывать не со мной, а с этой белой кошкой? Если он готов пусть не убить нашего сына, но отвернуться, когда тот умирает? Только бы получить вожделенную свободу!

Чем я хуже? В конце концов, я умна, образованна, не обделена мужским вниманием.

Неужели все это из-за того, что мне некуда деваться? И Ингольв это отлично понимает.