Страшнее пистолета

– Каких именно? – просипел Аристарх, затем откашлялся и продолжил: – Я имею в виду, уколы или таблетки? Сиделка ему нужна будет?

– Лучше всего – свечи, – сверкнула остроумием Маня. – Желательно с перцем.

– Да заткнешься ты сегодня?

– Конечно, милый. Уже.

– Так, думаю, что посещения больного любящими родственниками следует отменить. – Голос Каплана похолодел до нуля градусов. – Ваша неспособность вести себя прилично может помешать лечению, и если вы, господин Витке, жаждете увидеть брата живым и относительно здоровым, то должны подчиниться этому требованию.

– А с чего вы взяли, что я собираюсь вмешиваться? Вот еще!

– Знаете, милочка, я достаточно долго живу на свете и немножечко научился разбираться в людях. Да и не нужно быть ясновидящим, дабы заметить вашу, м-м-м, неприязнь к пациенту. И если вашим будущим супругом руководит трезвый расчет, что я могу понять и отношусь к этому спокойно, то вами, мадмуазель, управляет дурное желание нанести больному максимальный вред.

– Что?! – всполошился Арик. – Вы сказали «умственно неполноценный»? Но… Как… Каким образом воздействие на кожу может привести к нарушению мозговой деятельности?

– Я же говорю – тут много непонятного, надо поработать. Мое предположение – вашего брата пользовали химическим коктейлем не только снаружи, но и изнутри.

– Та-а-ак, – тяжело ступая, Аристарх приблизился к кровати, а в следующее мгновение звонко хлопнула пощечина. По звуку это вполне мог быть и игривый шлепок по голому заду, но вряд ли можно было предположить, что мадмуазель Скипина разгуливает по клинике с обнаженной филейной частью. – Сука! Ты что сделала, а?! Немедленно признавайся! Иначе, пока доктор будет тратить драгоценное время на исследования, Кирилл превратится в овощ! И что тогда? Ты что, совсем рехнулась… подзаборная!

Очередная пощечина, после которой раздался странный шипящий звук, словно из пробитой покрышки, и сдавленный вскрик Аристарха:

– Тварь! Отрастила когти! Ну все, дождалась! Что за…

– Вы что, офонарели? – Ишь, спелись, почти дуэт.

– Успокоились? – невозмутимо осведомился доктор. – Это всего лишь вода, пришлось израсходовать питьевую, дабы остудить ваш пыл.