Стихотворения

Язык ее – язык богов;

Им дивный говорил Омир, отец стихов.

Язык сей у творца берет Протея виды.

Иной поет любовь: любимец Афродиты,

С свирелью тихою, с увенчанной главой,

Вкушает лишь покой,

Лишь радости одни встречает

И розами стезю сей жизни устилает.

Другой,

Как славный Тасс, волшебною рукой

Являет дивный храм природы

И всех чудес ее тьмочисленные роды:

Я зрю то мрачный ад,

То счастия чертог, Армидин дивный сад;

Когда же он дела героев прославляет

И битвы воспевает,

Я слышу треск и гром, я слышу стон и крик…

Таков поэзии язык!

Не много ли с тобой уж я заговорился?

Я чересчур болтлив: я с Фебом подружился,

А с ним ли бедному поэту сдобровать?

Но, чтоб к концу привесть начатое маранье,

Хочу тебе сказать,

Что пременить себя твой друг имел старанье,

Увы, и не успел! Прими мое признанье!

Никак я не могу одним доволен быть,

И лучше розы мне на терны пременить,

Чем розами всегда одними восхищаться.

Итак, не должно удивляться,

Что ветреный твой друг —

Поэт, любовник вдруг

И через день потом философ с грозным тоном,

А больше дружен с Аполлоном,

Хоть и нейдет за славы громом,

Но пишет всё стихи,

Которы за грехи,

Краснеяся, друзьям вполголоса читает

И первый сам от них зевает.

    Первая половина 1805

«Где друг наш? Где певец? Где юности красы?.

Que vois-je, c'en est fait;

je t'embrasse, et tu meurs.

Voltaire[3 - Что вижу я, все кончено; я тебя обнимаю, и ты умираешь. Вольтер (франц.). – Ред.]

Где друг наш? Где певец? Где юности красы?

Увы, исчезло всё под острием косы!

Любимца нежных муз осиротела лира,

Замолк певец: он был, как мы, лишь странник мира!

Нет друга нашего, его навеки нет!

Недолго мир им украшался:

Завял, увы, как майский цвет,

И жизни на заре с друзьями он расстался!

Пнин чувствам дружества с восторгам предавался;

Несчастным не одно он золото дарил…

Что в золоте одном? Он слезы с ними лил.

Пнин был согражданам полезен,

Пером от злой судьбы невинность защищал,

В беседах дружеских любезен,

Друзей в родных он обращал.