Бог с синими глазами

Так ты учти, я свежевать твои личные охотничьи трофеи не буду, сама справляйся!

– Чего шумишь, – умиротворенно промурлыкала Таньский, усаживаясь перед зеркалом смывать лицо. – Тут всегда так.

– Где это – тут? Что – всегда? – продолжала кипеть я, аж крышка подпрыгивала и тренькала.

– Тут – на юге, что в Египте, что в Турции – везде одинаково, – спокойно, не обращая внимания на мой пар, возюкала по лицу ваткой с косметическим молочком эта знойная фемина, – мужчины горячие, в отличие от наших своих желаний не скрывают, если они тебя хотят, то сообщают об этой радостной новости незамедлительно.

– У-у-у, Таньский, – загрустила я, – так вот зачем ты, оказывается, сюда ездишь. Самцов коллекционировать.

– А знаешь, – повернулась ко мне подруга. Она улыбалась по-прежнему, но в глазах почему-то заплескалась такая тоска! – Я каждый год жду отпуска с одной лишь мыслью – ну вот теперь-то я отвяжусь, наверстаю упущенное! Уж в этот-то раз обязательно начну эротическую охоту. И каждый раз… – Она махнула рукой и отвернулась.

– Ты что, – ошарашенно смотрела я на ссутулившуюся спину Таньского, – хочешь сказать, что все эти годы, будучи абсолютно свободной, не связанной никакими отношениями, приезжаешь в этот переполненный чувственностью край, зажигаешь на дискотеках, соблазняешь всех особей мужского пола, включая муравьев, – и ни-ни? Ни с кем?? Ни разу???

– Угу, – еще больше ссутулилась спина.

– Ну, знаешь, – все еще не могла прийти в себя я, – это какая-то совсем редкая форма садомазохизма.

Но почему?

– Я понимаю, это выглядит дико, – глухо проговорила Таньский, – тем более что прошло больше пяти лет, как мы расстались с Максимом, – (скотина и предатель твой Максим!), – и мне сам бог велел развеяться, забыться и наслаждаться каждым мгновением.

– Ну и?

– Не получается. Весь год я коплю нерастраченную сексуальную энергию, а потом выплескиваю ее только в танцах.

– Это трудно не заметить. Но, Таньский, – подошла я к подружке и обняла ее за плечи, – я все же так и не поняла, что тебе мешает?

– Не что, а кто, – посмотрела на меня через зеркало Таньский.

 – Я сама себе и мешаю. Я не могу заниматься сексом ради секса. Да, все это звучит глупо, мне уже 32 года, надо ловить любой шанс получить удовольствие, но – не могу. Понимаешь, я своего мужчину чувствую сразу, меня к нему неудержимо тянет буквально с первой минуты знакомства. А если не тянет, не включается что-то в душе – все. Ничего не могу с собой поделать.