Царство черной обезьяны

– Ой… напугала до….! – В ухмылке были продемонстрированы гнилые зубы. – Пукалку спрячь свою газовую, я от нее чихаю. Или это зажигалка? Ты че… борзая, да? Че те надо?

– Шоколада. – И пуля вонзилась в снег в трех миллиметрах от левой стоптанной кроссовки.

– …! – испуганно отпрыгнул павиан. – Да ты кто такая, в натуре? Тебя че, Гнутый прислал? Мужиков не осталось?

– Тут ты прав, с мужиками в стране напряженка. Выгнутого я не знаю, я пришла забрать собаку.

– Че?! – Рост плюгавчика позволял его челюсти без проблем достигнуть снега.

Глазки, и до этого не сиявшие умом и сообразительностью, остекленели окончательно. – Какую, на…… собаку?

– Вот эту, – кивнула я на тщетно пытавшегося подняться пса.

– Он че, твой разве?

– Теперь будет мой, вы, сударь, с ним дурно обращались.

– Где? – Так, похоже, крохотный мозг аборигена завис от перегрузки.

– В Пицунде. Зачем пса бил, урод?

– А тебе, на… какая разница? – ощерился шибздоид. – Псина моя, что хочу, то и делаю. Он… достал уже! Все время сбежать норовит, кидается.

Давно б его, на… пристрелил, но боец классный, рвет соперников за пару минут.

– Так что ж ты калечишь его, если боец, как ты говоришь, классный? – Надо тянуть время, одной справиться будет трудновато.

– А он… меня за руку цапнул, когда я ему жрачку давал. Вот и поучил малость.

– Да ты ж его чуть не убил!

– Так, пошла вон отсюдова! – Шибздик начал наглеть, сообразил, наверное, что я одна. – А то ща как выпущу своих малышиков, так… и пукалка не поможет! Всех не перестреляешь!

– Не выпустишь.

 – Я подняла пистолет и, поддерживая его двумя руками, направила ствол на… м-м-м, в паховую область, короче. – Не успеешь. Отстрелю колокольчики.

– К-какие к-колокольчики? – Ведь понял же, судя по внезапно развившемуся заиканию, чего переспрашивать.

– Те самые. Нужные. Или уже нет?

– Петька, вали эту суку! – завизжал вдруг поганец, глядя мне за спину.

Рефлекторное желание повернуться и посмотреть на заявленного в программе Петьку я безжалостно придавила ботинком.

Тоже мне дурочку нашел! Я сейчас начну испуганно озираться, а он у меня пистолет заберет.

Но хриплое рычание и последовавший за ним тонкий, какой-то заячий крик изящно намекнули мне, что я была не права.

Не опуская пистолета, я слегка развернулась, чтобы видеть и плюгавца, и то, что происходило у меня за спиной.

Господи, да как же он смог-то!

На снегу, в паре метров от меня, корчился и выл от боли здоровенный детина.