Зонты

Только в прятки – не надо… А то я назад не приду.

    2007

Опечатка

У встреч случайных – сложные мотивы,

И скользкий смысл, и снов обманный вкус.

Судьба моя – хитрюга-воротила,

Твоя – мошенник, ябеда и трус,

Вдвоём они отправились на дело:

Пусть красть грешно, но – жизнь, мол, это жизнь.

Кривую закруглили неумело,

С наваром пустяковым разошлись.

Моя судьба – до щедрости богата,

Твоя – тряслась над каждым пятачком.

Одна из них призналась: «Виновата»,

Другая отреклась: «Я ни при чём».

И золота отсыпав напоследок,

Да попросив полстрочки написать,

Моя ушла по собственному следу,

Твоя – кралась и пряталась, как тать.

У встреч случайных – странные задачи.

Ляп, клякса, опечатка? Вырван лист…

Но если нота сыграна иначе —

Сфальшивил не рояль, а пианист.

Чтоб люди не заметили – быстрее

По клавишам персты его бегут…

…Ты – первый уходи. Я не умею

С брезгливостью вымарывать судьбу.

    2009

Голый пейзаж

В этом голом пейзаже какое-то есть облегченье.

Словно выбора нет, и бесчисленных смыслов не надо

Узнавать и слова подбирать, что расскажут точнее

О природе вещей… и тобой отведённого взгляда.

Всё так пусто и ясно. Не будет других примечаний.

Разветвленье дорог затерялось в одном из сугробов.

Если это печаль… нет причины у нашей печали.

Если это довольство – то чем мы довольны так… оба?

Для чего тосковать? Позади белый город и вечер,

И ветрище – такой, что казалось, обрушатся крыши.

Но – прошёл стороной,

и мне сравнивать, стало быть, не с чем,

Разве только с надеждой, что ты меня всё ещё слышишь.

Застарелой лыжней время тащится дальше по кругу.

И как небо в мороз, моя совесть чиста. Но водою,

Подо льдами укрытой, застынет судьба. По заслугам!

С этой совестью чистой, мой милый, тебя я не стою.

    2007

Жёлтый цветок

Обглодали вороны рябину —

В эту зиму мороз был жесток.

Из окна кто-то по ветру кинул

Густо-жёлтый, без ножки, цветок.

Неестественно-яркою точкой

Он на ветках тоскливых повис

И вцепился в них жадно и прочно,

И не смотрит, бессовестный, вниз.

Как серьгою дешёвою в ухе

У монашенки сирой горит,

Придавая иссохшей старухе

И комичный, и жалостный вид.

Инородный – висит и не вянет,

Притворяясь, что тут и зачат.

Но стыдится его притязаний

Это дерево. В цвет кумача

Наряжалась недавно гордячка,

Горьковатым и тонким был вкус.