Две вины

Она…

– Да? – рассеянно ответил он. – Что ж, это суровая работа – агентства по подбору актеров, лопающиеся от людей, которые на словах могут сделать все, пока я не дам им шанс на самом деле. Сколько вам лет?

– Восемнадцать.

– А мне двадцать шесть. Приехал сюда четыре года назад без гроша в кармане.

– Вот как?

– А сейчас я могу уйти в один момент и припеваючи жить до конца жизни.

– Ох.

– В следующем году возьму отпуск на целый год и женюсь. Слышали об Ирен Риккер?

– Ну еще бы. Она лучше всех, моя любимица.

– Мы помолвлены.

– О боже.

Когда через какое-то время они подошли к Таймс-сквер, он бесстрастно спросил:

– Чем вы сейчас занимаетесь?

– Ищу работу.

– Нет, я имел в виду – прямо сейчас, сию минуту.

– Ничем особенным. А что?

– Не хотите прогуляться со мной до моей квартиры на 46-й улице и выпить кофе?

Их глаза встретились, и во взгляде Эммы Пинкард читалось, что она может позаботиться о себе.

Он жил в огромной светлой квартире-студии с трехметровым диваном, и после того, как она выпила кофе, а он стакан виски, его рука скользнула по ее плечу.

– Почему я должна целовать вас? – спросила она. – Я ведь вас едва знаю. И кроме того, вы ведь помолвлены.

– Не обращай внимания. Ей это безразлично.

– Нет, но все же.

– Ты славная девочка.

– Да, но не полная идиотка.

– Хорошо, продолжай быть просто славной девочкой.

Она поднялась на ноги, но задержалась на минуту, юная и неприступная, и ни капли не расстроенная.

– Полагаю, это означает, что работу я не получу? – спокойно спросила она.

Его мысли уже были заняты другим – интервью и репетициями, – но он еще раз взглянул на нее, и ее дырявые чулки опять бросились ему в глаза. Он набрал телефонный номер.

– Джо? Это Выскочка… Думаешь, я не знаю, как вы меня зовете? Ладно, ладно. Скажи-ка лучше, ты уже нашел троих девиц для сцены с вечеринкой? Тогда слушай, одно местечко прибереги для малышки с Юга, она сегодня подойдет.

Он весело взглянул на нее, лучась самодовольством от того, что он такой хороший малый.

– Я и не знаю, как вас поблагодарить. И мистера Роджерса. До свидания, мистер Мак-Ченси. – И в ее голосе прозвучала нотка ликования.

Он не затруднил себя ответом.

II

На репетициях он всегда стоял с важным видом, как будто знал все, что у людей в головах, хотя на самом деле даже собственное будущее было подернуто для него легким туманом, что в данный момент его совсем не заботило.