Взгляд из тени

Левиафан демонстративно расслабил плечи. Он прекрасно знал, какое впечатление производит сейчас: ехидный, изворотливый, отвратительно уверенный в себе. Но ещё он был неглуп и знал, что терять работников милорд не любит.

– Напарника не дам, – буркнул Вельзевул. – Бери голема. Любого, какой нравится.

Левиафан оскалился и поклонился. Говорить слова благодарности здесь было запрещено. Впрочем, он её и не испытывал.

По счастью, нужные помещения располагались недалеко. Левиафан миновал несколько этажей, специально выбирая наиболее безлюдные коридоры, и нашёл мастерские.

Големы стояли у стены длинной неподвижной вереницей. Левиафан медленно шёл вперёд, скептически вглядываясь в лица. Големы были почти одинаковые, различаясь лишь деталями – у кого-то волосы чуть темнее, у кого-то нос кривоват, у кого-то неровные ключицы. Их клепали партиями для разных местностей, оживляли и брали наверх для работы.

Послушные. Старательные. Не очень умные. Неспособные на обман. Левиафан раньше никогда не работал с големами.

Одно лицо привлекло его внимание, и он взмахнул рукой, оживляя голема. Тот вздрогнул и шагнул вперёд, открывая глаза. Голубые. И лицо приятное, простое, наивное. Такому можно доверить спину, такого можно бросить на верное уничтожение…

– С пробуждением, – неуверенно произнёс демон, припоминая слова вербовки. – Я, эм… Я – Левиафан, твой господин, и ты будешь служить мне отныне и до последнего вздоха.

Голем плавным движением опустился на колено, склоняя русоволосую голову. Левиафан поморщился. Никогда ему не нравились эти адские церемонии преклонения. Хотя в данном случае жест оправдан – иначе демону придётся запрокидывать голову при беседе.

– Разрешаю тебе говорить. Всё, что приходит в голову.

Голем поднял лицо:

– Как… как меня будут звать?

Левиафан удивленно вскинул брови. Обычно големы не задают вопросов. Бракованный? Впрочем, так даже интереснее.

– Оле, – подумав, сказал он. – Твоё имя – Оле.

2

Земля оказалась неожиданно приятной. Немного утомляла необходимость работать с людьми и менять имена каждые пару десятков лет, но, пожалуй, это того стоило. Левиафан жмурился, подставляя лицо солнечным лучам, вдыхая морской воздух. Любовался закатом по вечерам, смаковал хорошее вино. Дразнил людей, насылая на корабли иллюзии Летучего Голландца. Даже читал в свободное время.