Потоп

Этого не следовало делать, и нужно во что бы то ни стало это исправить. Я поступил, как грубиян! Напишу сначала письмо с извинением, а потом буду помогать, по мере сил.

Дальнейшие размышления Володыевского прервал подъехавший к нему Сыруц.

– Ваша милость, там, на горе, пан Харламп едет, а с ним еще кто-то.

– Где?

– Да вон там.

– Правда, два всадника… но ведь пан Харламп остался при князе-воеводе виленском. А как ты его издали узнал?

– Я по его буланке. Ведь ее все войско знает.

– Действительно, и я буланку вижу!.

– Я и ход ее знаю. Это, наверно, пан Харламп.

Они пришпорили лошадей, ехавшие им навстречу сделали то же, и вскоре Володыевский убедился, что это был действительно пан Харламп, поручик пятигорского полка и старый знакомый Володыевского, прекрасный солдат. Когда-то они часто ссорились между собою, но, служа вместе, полюбили друг друга; Володыевский подъехал к нему с распростертыми объятиями и воскликнул:

– Как живешь, Носач? Откуда ты взялся?

Товарищ, который благодаря своему огромному носу действительно заслуживал название Носача, бросился в объятия полковника и после радостных приветствий сказал:

– Я приехал к тебе нарочным, с поручением и деньгами.

– С поручением и деньгами? От кого же?

– От князя-воеводы виленского, нашего гетмана. Он прислал тебе письмо и приказ набирать полк; второе письмо пану Кмицицу, который находится где-то в этих краях.

– Пану Кмицицу? Как же мы вместе будем набирать в одной и той же местности?

– Он должен ехать в Троки, а ты останешься здесь.

– От кого ты узнал, где меня искать?

– Гетман сам расспрашивал о тебе, и ему здешние люди, которые у него еще служат, сказали, где тебя искать, и я ехал наверняка. Ты пользуешься большим расположением князя. Я сам слышал, как он сказал, что не рассчитывал получить от русского воеводы никакого наследства, между тем как получил лучшего рыцаря.

– Пусть Бог ему поможет унаследовать и военное счастье! Великая честь для меня – такое поручение, и я тотчас же примусь за дело.

– Как приедешь к Пацунелям, так и сосчитаешь.

– Так ты и у Пацунелей побывал? Берегись, там красивых девушек – что маку в огороде.

– Потому-то ты и гостишь здесь, но постой, у меня есть к тебе еще и частное письмо от гетмана.

– Давай.