Отражение

Дает возможность изучить себя как следует, а потом делает шаг вперед и заключает в объятия со словами.

– Привет, Карамелька, давно не виделись.

Это как спусковой крючок. Я готовилась к встрече очень долго, но все равно не могу сдержать слез. Отстраняюсь и вытираю глаза руками.

– Прости, Дэн! Прости! Я так рада, что ты меня встретил!

– Не извиняйся, Есения, – тихо говорит он и отступает к машине, сразу оказавшись в тени, какой-то слишком уж густой. – Я прекрасно знаю, ты плачешь не обо мне.

– Да… – Я выдыхаю и надеваю на нос солнечные очки, чтобы скрыть слезы.

– Я знаю, ты просто видишь сейчас не меня. Пойдем, мама очень тебя ждет.

– Постой? – Я хмурюсь. – Ты, что везешь меня к себе?

– Я везу тебя к родителям. – Он поворачивается ко мне и вопросительно приподнимает бровь. Такой знакомый жест, от которого ноги становятся ватными. – Не думаешь же ты, что я до сих пор живу с ними? И не думаешь же, что мама хоть на миг могла допустить, что ты будешь жить в гостинице?

– Но я…

– Не упрямься, Сень, она тебя очень любила и любит до сих пор.

Я медленно киваю, рассматривая Дэна. На секунду кажется, что тень за его спиной живет своей жизнью, она ползет по асфальту и словно тянет ко мне руки. Зажмуриваюсь, открываю глаза и понимаю, что почудилось. Я просто устала. Даже не физически, дневной двухчасовой перелет не может сильно вымотать, морально. Мне тяжело далось решение приехать сюда и ожидание этой встречи.

– Хорошо.

Я киваю и понимаю, что город, откуда я сбежала шесть лет назад, сумел за первые десять минут моего пребывания в нем вывернуть наизнанку душу. Семью Ланцовых я знаю с детства. Сколько времени я провела в их доме – не сосчитать. Но да, возвращаться сюда мне очень тяжело, как и наблюдать за уверенно ведущим машину Денисом – возмужавшим отражением того, кого я безумно любила.

– Мамочка! А когда мы увидим море?

– Скоро, егоза! – улыбается мама, хотя и выглядит уставшей. Ночной перелет дает о себе знать, и только я свежа и бодра, потому что впереди меня ждет встреча с любимой бабушкой и море, о котором я почти успела забыть за год.

– Ты совсем большая, Есения! – начинает мама, и я серьезно киваю. Конечно, большая, мне почти семь лет и уже в сентябре я пойду в первый класс.