Лирика

Но при первом ее появлении на воздух пламя поднялось выше ее головы, и она, закрывши руками лицо и крикнув сестре: «Sauvez les lettres [2 - »Спасите письма» (франц.).]«, бросилась по ступеням в сад. Там, пробежав насколько хватило сил, она упала совершенно обгоревшая, и несколько времени спустя на крики сестры прибежали люди и отнесли ее в спальню. Всякая медицинская помощь оказалась излишней, и бедняжка, протомясь четверо суток, спрашивала – можно ли на кресте страдать более, чем она?» <<…>>

А

. А. Фет.

«Ранние годы моей жизни».

<<…>> …друг, посмотри на всю мою ложную, труженическую, безотрадную жизнь и скажи мне – что же это такое? за что? и для чего? Да куда же деваться?.. <<…>>

<<…>> Дело вот в чем: я встретил девушку – прекрасного дома и образования – я не искал ее – она меня; но – судьба, и мы узнали, что были бы очень счастливы после разных житейских бурь, если бы могли жить мирно, без всяких претензий на что-либо; это мы сказали друг другу, но для этого надобно – как-либо и где-либо! Мои средства тебе известны – она тоже ничего не имеет… Я представил этому благородному существу все, на что другие никогда не хотели даже обратить своего эгоистического взгляда; и она, понимая и сочувствуя моим незаслуженным страданиям, – протягивает руку… <<…>>

<<…>> Пойду в поход – себя не жаль, потому что черт же во мне, а жаль прекрасного созданья… <<…>>

<<…>> Это существо стояло бы до последней минуты сознания моего передо мною – как возможность возможного для меня счастия и примирения с гадкою действительностью… <<…>>

<<…>> Я не женюсь на Лазич, и она это знает, а между тем умоляет не прерывать наших отношений, она передо мной чище снега… этот несчастный гордиев узел любви или как хочешь назови, который, чем более распутываю, все туже затягиваю, а разрубить мечом не имею д

уху и сил. <<…>>

<<…>> Не будем обвинять никого – это ребячество. Все люди одинаково дурны и хороши – одни только более или менее умны – восприимчивы к в

печатлениям. Ты говоришь о каком-то «дождался» – я, брат, ждал, ждал и теперь не жду, чего ждал. Я ждал женщины, которая поймет меня, – и дождался ее. Она, сгорая, кричала: «Au nom du ciel sauvez les lettres! [3 - Во имя неба, спасите письма! (франц.)]« – и умерла со словами: он не виноват, – а я. После этого говорить не стоит.

Смерть, брат, хороший пробный камень. Но судьба не могла соединить нас.