Софи и волшебное кольцо

– А скажи, все коты и кошки такие умные, как ты?

Мусе понравилась такая неприкрытая лесть, она замурчала.

«Нет, только я. Потому что бабушка со мной говорила. А ведь большинству из моей братии и поговорить не с кем. Их никто не слышит. Они молчат или разговаривают с себе подобными, а это не способствует развитию».

Софи обняла Мусю:

– Я тебя люблю. И что бы я без тебя делала?! Но мне пора собираться.

Остаток дня Софи провела за сборами, перемерила половину своего гардероба и, наконец, остановилась на самом демократичном варианте: узких джинсах, футболке и шляпке.

В этот субботний вечер улицы были полны народом. Начиналась ночная жизнь Нью-Йорка.

Софи остановилась около входа в подземку, пытаясь найти в сумочке карточку на проезд.

– Будь осторожна, – вдруг раздался скрипучий голос откуда-то снизу.

Девушка отпрянула от неожиданности. Голос принадлежал грязному и нестриженому нищему, сидевшему на ступенях лестницы.

Софи криво улыбнулась:

– Спасибо.

– И долго не задерживайся у Леонардо.

Это было уже слишком! Откуда этот бомж знает, куда она идет и как зовут ее нового друга?!

– Как… – начала она. Но поймала себя на том, что не стоит вступать в разговор с этим грязным попрошайкой и лучше всего ничего не выяснять, а просто уйти. Возможно, этот оборванец знает фавна и видел их вместе в кафе. Бросив встревоженный взгляд на нищего, Софи торопливо спустилась, перескакивая через ступеньки.

Но вся эта ситуация была более чем странной. И рационального ответа девушка не могла найти. Это было невероятно. Этот бомж за ней следил? Но зачем? Впрочем, сегодняшний день выдался богатым на сюрпризы, и она постаралась выбросить тревожные мысли из головы.

Софи запрыгнула в вагон поезда и устремилась навстречу приключениям.

Глава 3. Вечеринка

– Вау, а Леонардо неплохо устроился! – восхищенно произнесла Софи вслух, стоя около дома, адрес которого указал Леонардо в записке.

Это было одно из самых дорогих и красивых зданий Манхэттена, окна его выходили прямо на Центральный парк. Входные двери сверкали позолотой, и стоящий у дверей дормен в форме и фуражке важно и надменно оглядывал прохожих.

Софи мялась у дверей, она чувствовала некоторую робость, так как никогда не была в таких домах.