По ту сторону. Книга Матери

Присмотревшись к девушке с бо?льшим вниманием и тревогой из-за прошедшей волны кашля, Рекс заметил, с каким сожалением разглядывает она летящие мимо окрестности. Он вспомнил, как много грезила Юви об этом мире, с безустанным огнём в глазах рассказывая другу о чудесной флоре и фауне. А теперь вся эта красота, до которой они чудом смогли добраться, смазалась в одно разноцветное пятно с редкими и случайными более-менее различимыми элементами.

Рекс захотел, чтобы его подруга зафиксировала в памяти побольше образов удивительной иной стороны.

Пускай времени было мало – и Мать с ним! Кто знал, смогут ли они ещё хоть раз добраться до настоящей живой природы.

– Ого, Юви, смотри! Что это там за маленькие самолётики с прозрачными крыльями?

– Где, ты о чём? – растерянно отозвалась девушка.

– Вон, на цветах, белых таких.

Приглядевшись, Юви действительно заметила объект внимания друга на небольшом пруду.

– Это стрекозы, дурачок! – улыбнулась она глазами, не прекращая шагать по намеченному пути.

 – Насекомые такие. Очень красивые. А цветы называются кувшинками, они растут только в воде. Бывают ещё розовыми.

– Ого, а насколько розовыми? – не отставал парень.

Девушка хихикнула.

– Не знаю… Розовыми! Может, даже яркими.

– А пахнут вкусно?

– Да откуда ж мне знать, экраны компьютеров не пахнут!

Рекс вдруг свернул с маршрута и побежал влево, попутно бросив шлем в траву. Под недоумение подруги и панику разлетевшихся стрекоз он в два прыжка спустился к пруду. Одной ногой ступил в цветущую воду, схватил кувшинку покрупнее и, выудив из кармана нож, лёгким движением подрезал толстую ножку.

Затем в те же два прыжка выскочил обратно и с довольной ухмылкой преподнёс девушке цветок.

– Нюхай.

Теперь в глазах Юви читался восторженный шок. Она аккуратно приняла кувшинку из рук друга и, глядя на стекающую с его сапога влагу, выразила благодарность словами:

– С ума сошёл, простудиться ведь можешь теперь!

– Я последний человек в этом мире, который способен простудиться.

Нюхай.

Тут к девушке пришло смятение.

– Но… мне ведь… опасно…

– Я тебя знаю, Юви. И для тебя – оно тысячу раз того стоит. Нюхай, я сказал.

Юви колебалась ещё пару секунд. Но затем всё же положила шлем на землю, поднесла к маске правую руку и, зажав большим и средним пальцами в нужных местах, отсоединила её от лица.

Тут же в носик врезалось бесконечно свежее, бодрящее дыхание леса. В одно мгновение лёгкие девушки наполнились этим волшебством.