Светлые дни и ночи

– А куда теперь мы едем? – Инка уже почти привыкла к тому, что в её жизни есть эта приятная энергичная женщина, которая всё знает и всё умеет, и, что самое главное – хорошо к ней относится.

– Ну, как куда? К Юре. В Климкину студию.

Инка краснеет. Но Лера не смотрит на неё, изучает развитие ситуации впереди. Наконец до неприличия многоколёсный зад панелевоза исчезает в воротах, усталые рабочие замыкают заржавленные, ни разу не крашеные створки. Передние автомбили трогаются. Лера вжикает стартером и «гольф» продолжает путь.

– А у вас с Климом есть дети? – спрашивает Инка.

– А как же! Две девчонки, погодки. Двенадцать и одиннадцать лет. Они приедут сюда через недельку.

– Как, сами?

– А что тут такого? Самолетом. Бабушка с дедушкой посадят, папа с мамой встретят. Никаких проблем.

– Скучаешь?

– Пытаюсь. Но разве Климка даст поскучать?

Инка вновь разглядывает сосредоточенно рулящую Леру и к её, уже ставшему привычным, восхищению добавляются новые нотки – уважение к матери двоих детей.

– А когда вы собираетесь обратно?

Лера, не поворачиваясь, пожимает плечами.

– Думаю, недели через три. Это зависит от девчушек. Им в любой момент всё может надоесть.

– Даже море?

– Ну, подумаешь, море! Они такие непоседы!

– Более непоседливые, чем ты сама? – удивлённо переспрашивает Инка.

– Что? А, да. Конечно, – до Леры не сразу доходит, что её манеры не многим отличаются от подростковых. – А ты когда уезжаешь?

– Через два дня.

– Жаль.

– Думаю, что мне тоже жаль.

Инка представляет, какая скука ожидает её по возвращению в Москву, и настроение неизбежно ухудшается.

* * *

Около половины одиннадцатого до Анны начинает доходить, что она обязана заставить себя подняться. Придётся досыпать на пляже, а может и ещё где. Неплохо бы встретить Леру и Клима, но они, вероятно, будут спать до обеда, так как вчера покинули Геворка тоже достаточно поздно. Счастливые люди! Анна глубоко вздыхает. По законам жанра, она не должна давать Валентину повод думать, что прошлялась всю ночь.

«Хорошо же моей Элечке, – вспоминает Анна, – вот уж кто может спать до самого вечера и никого не стесняться!»

Валентин тих. Его разбросанные по простыне конечности то и дело попадаются то под ладони, то под коленки. Он не просыпается. Анна со щёлкой на одном оке сползает с дивана и нашаривает тапки. Подходит к трюмо и сквозь полуоткрытые глаза пытается разглядеть шурум-бурум на голове.