Цастроцци. Перевод Александра Волкова

Но не всегда будет так, – продолжал Цастроцци, и его глаза сверкнули неизъяснимым блеском. – Я исполню мое намерение, и твое, Матильда, также осуществится. Однако уже два дня я ничего не ел.

– Внизу готов ужин! – сказала Матильда.

За ужином беседа, оживляемая вином, прибрела характер более воодушевленный. После обсуждения некоторых предметов, не относящихся к этой истории, Матильда произнесла:

– А! Я забыла сказать вам, что совершила кое-что полезное: я отправила в заточение этого дьявольского Пауло, слугу Юлии, который был всецело предан госпоже и даже мог, проникнув в наши замыслы, расстроить наше грандиозное начинание.

Цастроцци ответил согласием и, прихватив светильник, горевший в глубине залы, последовал за Матильдой.

Лучи светильника лишь отчасти рассеивали мрак, когда они продвигались по старинным переходам. Они добрались до двери; Матильда отворила ее, и они пересекли поросший травой внутренний двор.

Трава, покрывавшая зубчатые стены, печально всколыхнулась от внезапного порыва ветра, когда Матильда и Цастроцци вошли в мрачный и тесный каземат. Они опасливо спускались по скользким и крутым ступеням. Пока они продвигались, светильник тускло мерцал сквозь мутные испарения. Наконец они достигли подножия лестницы.

– Цастроцци! – воскликнула Матильда. Цастроцци поспешно обернулся и, разглядев в темноте дверь, последовал указаниям Матильды.

На соломенной подстилке, прикованный к стене, лежал Пауло.

– Сжальтесь! О незнакомец, сжальтесь! – взмолился злополучный Пауло.

Цастроцци ответил презрительной усмешкой. Они взошли обратно по узкой лестнице, пересекли внутренний двор и оказались в столовой зале.

– Однако же, – промолвил Цастроцци, вновь сев на место, – какая польза от того, что этот малый, Пауло, сидит в темнице? Зачем вы держите его там?

– О! – ответила Матильда. – Я не знаю; но если вам угодно… – Она остановилась, но ее взор красноречиво довершил фразу.

До краев наполнив кубок вином, Цастроцци кликнул Уго и Бернардо.

– Возьмите это, – сказала Матильда, протянув им ключ. Один из злодеев взял его, и в считанные мгновения они возвратились к несчастному Пауло.

– Пауло! – громогласно объявил Цастроцци. – Я убедил графиню возвратить тебе свободу; вот, – прибавил он, – прими это от меня в залог твоего грядущего счастья.