Антистерва. Роман

– Почему ты всё время улыбаешься? – спросила Клара.

– Я думаю, что ты удачно смотришься в интерьере этой кухни.

– На что ты намекаешь?

– Переезжай ко мне.

– Я тебя плохо ещё знаю.

– Молодец. Ты серьёзная. Мне это нравится.

В комнате Григорий включил видеомагнитофон и вставил в него кассету с американской мелодрамой. Он сел рядом с Кларой на диван и приобнял её за плечи.

Смотрели фильм. Фильм дублировал гундосый переводчик, голос которого в то время был знаком всей стране.

Зазвонил телефон.

– Алло. Да. Я не могу. Нет. Сейчас не могу об этом говорить. Я тебе потом перезвоню. Хорошо. Ладно. Пока, – отвечал он кому-то.

Григорий вернулся на диван.

– Кто это? – спросила Клара.

– Это? Это по работе. Друг. Хочет, чтобы я взял его к себе.

Тот вечер и ночь Клара провела в квартире Григория.

Клара и Григорий стали часто встречаться. Клара чаще оставалась на ночь у Григория. Однажды, когда они ехали в машине Григория, он предложил снова:

– Переезжай ко мне.

Клара молчала.

– Чего ты боишься? – пытался разобраться в мыслях Клары Григорий.

– Это всё серьёзно?

– Серьёзней некуда.

– Я боюсь, что это может оказаться непостоянным.

– Я вроде бы не выгляжу легкомысленным типом.

– Не в этом дело.

– Тебя смущает разница в возрасте?

– Нет.

– Ты, хочешь, чтобы мы официально оформили отношения?

– Я сама запуталась в себе. Дай мне время разобраться во всём этом.

– Ты любишь другого? Своего бывшего мужа?

– Нет.

Григорий нахмурился.

– Не сердись, – попросила Клара и положила ладонь на его кисть.

Ближе к Новому году Григорий поставил вопрос ребром: либо Клара переезжает к нему жить, либо их отношения заканчиваются. Клара и её родители устроили совет. Клара и мать сидели за столом на кухне. На столе стояла закуска, салаты, вино и бутылка водки. Анатолий Степанович стоял, сложив руки за спиной у окна, и смотрел на синее небо.

– Это блуд – жить без росписи, – сказал он.

– Папа, я уже говорила, что Гриша не против заключения брака, – сказала Клара. – Но я не готова пока.

– Почему? – сердито спросил отец.

– Не знаю. Какое-то чувство мешает. И потом: он меня старше почти на пятнадцать лет.

– Зачем ты тогда вообще с ним связалась?

Прозвучал сигнал дверного звонка.

– Тише вы! Григорий пришёл, – сказала Ирина Ивановна, встала и пошла открывать дверь.