Сегодня я не умру

Кустистые брови разделяла глубокая вертикальная складка. Черные глаза под набрякшими веками смотрели сурово и скорбно.

– Очнулся? – спросил ворон.

Голос у него был соответствующий: резкий и хриплый.

– Тебя как звать-то, убивец? – поинтересовался он, усаживаясь на край кровати.

Олег раскрыл было рот и тут же закрыл, потому что понятия не имел, как его зовут.

Он смотрел на странного человека напротив и пытался понять, откуда его знает. А тот протянул длинные пальцы, взял Олега за запястье и принялся считать ему пульс.

– Ты помнишь, кто я? – спросил человек.

– Нет, – просипел Олег.

Оказывается, он все еще мог говорить.

– А кто ты – помнишь? Или где ты?

В голове у Олега было пусто и гулко, как на огромном крытом стадионе.

– Ну, хорошо. Ты вообще хоть что-нибудь помнишь?

От напряжения у Олега свело затылок.

Кустистые брови на узком лице образовали домик.

– Значит, будем вспоминать, – вздохнул человек, усаживаясь поудобней.

Он помолчал немного, видимо раздумывая, с чего начать, а потом заговорил, негромко и монотонно:

– Место, где ты находишься, называется село Загибаево. Меня зовут Ермаков Игорь Григорьевич, и прошлой ночью, восемнадцатого июля, ты пытался меня убить. Мне хотелось бы знать почему?

Он строго смотрел на Олега, склонив голову набок, словно суровый, но справедливый директор школы, ждущий объяснений от нашкодившего пятиклассника.

– Вы с ума сошли? – только и спросил Олег.

Игорь Григорьевич снова вздохнул, потеребил кончик длинного носа, а затем размотал бинт на левой ладони и показал Олегу глубокий порез.

– Вот это ты сделал, когда я отбивал твой нож, – сказал он и, видя непонимающий взгляд, добавил, уточняя. – Ты пытался перерезать мне горло.

Олег почувствовал холодок где-то в районе солнечного сплетения, а человек наклонился и поднял с пола обломок какой-то деревяшки:

– А вот это ножка ни в чем не повинной табуретки, которую я сломал о твою голову, когда ты меня душил.

Человек говорил совершенно обыденным тоном. Но говорил он настолько невероятные, дикие вещи, что Олегу стало по-настоящему страшно.

– Что вы со мной сделали? – спросил он, ненавидя себя за липкий пот, выступивший между лопаток.

Игорь Григорьевич поднял брови и сжал губы в тоненькую ниточку.