Одинцово. Это моя земля. Киберпутеводитель

Василий силился собрать листья в кучу, но вихри играючи подхватывали их, кружили и вновь сбрасывали на землю.

– Да и черт с вами! – выругался дворник и зашел в гастроном.

Там он выгреб из кармана смятый трояк и горсть мелочи. Долго смотрел на витрину и соображал, как правильно распорядиться оставшимися до получки деньгами. Наконец решение было принято.

– Пару «Жигулевского» и литру водки, – сказал Василий продавщице. Достал скомканную авоську и вспомнил про кота. – Ну ты ж, тварь, тебя ведь кормить надо! Не было печали, купила баба порося! – чертыхнулся он и смачно плюнул на пол.

– Гражданин! – возмутилась продавщица. – Мы, между прочим, боремся за вымпел культурного учреждения. Ведите себя прилично!

– Ладно, ладно, – проворчал Василий, размазывая кирзовым ботинком плевок. – Ты это… Одну поллитровку забери и дай мне… – Его взгляд уперся в пучеглазого морского окуня. Окунь, густо обвалянный в муке и зажаренный до золотистой, а местами и подгоревшей корочки, выглядел довольно привлекательно.

 – И вот рыбки мне дай на остальные, чтобы без сдачи.

Кот ждал хозяина, усевшись на столе.

– Ну что, Тимоха, выпьем по чуть-чуть да закусим? – улыбнулся Василий. Тимоха довольно заурчал.

Василий отодвинул грязную посуду на край, поставил на стол бутылки и развернул рыбу. Отломив кусочек, он подвинул его коту. Тимоха с жадностью набросился на окуня.

– И пивка попей, – захохотал Василий и плеснул «Жигулевского» в блюдце. – А я водочки выпью.

Он наполнил рюмку до края.

Тимоха поднял голову и принюхался. Глаза его округлились, а облезлый хвост угрожающе заколотил по столу.

– Э! Ты чего? – закричал Василий.

Тимоха, не сводя с Василия глаз, осторожно обошел блюдце и ударил лапой по рюмке. От удара рюмка опрокинулась, покатилась и свалилась со стола. Тимоха спрыгнул за ней, вцепился когтями в штанину Василия и вонзил зубы в ногу.

– Ах ты!.. – взвыл хозяин. – В моем же доме мне пить не даешь?! – Он отодрал от ноги орущего кота и вышвырнул его в открытую форточку.

 – Гады! – заорал при этом Василий непонятно кому. – Ну сейчас вы у меня получите! – Василий схватил бутылку водки, с жадностью отхлебнул из горлышка и выскочил на улицу.

Очнулся он в милиции. Скула ныла от боли. Василий огляделся, в камере он был один. Небольшое окно с выбитым стеклом стягивали толстые прутья решетки. Редкие мошки и мотыльки, залетевшие на огонек, кружили у матового светильника под высоким серым потолком.