Клан рубиновой крови

Мне не нравилось, что я начала стыдиться и своей заношенной одежды, и своего происхождения, и жизни, хотя никогда не делала ничего предосудительного. Не преступала закон, не предавала родных, не делала гадости ближним. И, в отличие от него, не убивала. Так отчего же сейчас испытывала это неприятное чувство стыда?

– Думал, ты мудрее, Селина. Вот скажи, что ты собиралась делать, если вдруг все же сбежала бы? Ты отдаешь себе отчет, что это все… – он неопределенно махнул рукой, – летающий остров. Причем, относительно небольшой летающий остров.

– Надеялась найти путь вниз, на землю, – сглотнув, призналась я.

Мне не нравилось, что происходило вокруг меня. Особенно, то место, где мы сейчас оказались. Было в нем что?то отталкивающе жуткое. Тоже подземелье, но здесь везде чувствовалось влияние Каменных. Отделка на стенах, металлическая дверь в конце короткого коридора, в котором мы стояли, а с другой стороны еще одна и рядом двое скучавших охранников.

– Ты не сможешь попасть вниз, – усмехнулся ассасин. – Из Цитаделей нет выхода. Только кто?то из Каменных может выпустить тебя, сопроводить на землю. Ты знаешь хоть кого?то, кто пойдет на это?

– Я вообще никого не знаю! – Злость, скопившаяся внутри, грозила вырваться наружу, но я с трудом ее сдерживала. Понимала, если накричу на ассасина – это только усугубит и без того непростую ситуацию.

– Вот именно. Ты не знаешь никого, но бежишь? – Он саркастически изогнул бровь. И его верхняя губа приподнялась в издевательской усмешке, обнажив клыки.

Тебе не кажется подобное поведение по?детски глупым?

Я сглотнула, не зная, что ответить. Не объяснять же постороннему человеку то, что когда я сбежала, у меня появилась хотя бы иллюзия свободы. Сейчас не было и ее. Только коридор, охрана и металлические двери.

– Я, правда, почему?то решил, что с тобой можно общаться, как с разумным существом.

– Не нужно меня оскорблять… – зашипела я, вся подбираясь. Его тон, презрительный и едкий задевал сильнее слов.

– Иначе что? – усмехнулся он. – К тому же в моих словах нет оскорбления. Только констатация факта.

– Можно подумать, в тебе течет чистая кровь? – яростно выдала я и уставилась на его черные, как смоль волосы.