Как стать королевой Академии?

Зато когда сессия закончится и я верну себе свой законный балл, мы обязательно наверстаем упущенное, – пообещал он, а я с легким раздражением отметила, что моего мнения даже не спросили.

– Я и не волнуюсь. Знаю, что ты сильный. Спасибо за то, что тормознул для меня отбор. Было бы неприятно проиграть из-за нелепой случайности.

– Пришлось непросто, Вирена, – признался он. – Очень непросто. Многие недовольны, и это последний раз, когда я смог за тебя открыто вступиться. Дальше двигайся без оплошностей. Но осталось недолго.

– Сколько испытаний?

– А вот этого я тебе не скажу. – Парень чмокнул меня в нос и поднялся. – Но я верю, ты все сумеешь преодолеть. Я хочу видеть на твоей голове корону. И хочу станцевать с тобой под звуки зимнего вальса. Донателла говорила, что в этом году зал украсят в синий и серебро. Обещают, будет волшебно.

– Не сомневаюсь, – улыбнулась я. – Я тоже хочу танцевать с тобой на Зимнем балу.

– Тогда поправляйся и не ударь в грязь лицом, – сказал он и задержал взгляд на моих губах.

Джевис понимающе хмыкнул и произнес:

– Хорошего тебе вечера, Вирена.

– Ты хотел сказать, скучного? – невесело спросила я.

– Выше нос, ты тут всего лишь второй день. Я на прошлом курсе получил травму, и меня закрыли в лазарете на десять дней. Через неделю я готов был лезть на стены, а за два дня до выписки сбежал через окно. Ох, мне тогда и досталось!

– Уже близка к побегу, – призналась я.

– Не стоит, – посоветовал парень – Просто потерпи до утра.

После ухода Джевиса я чувствовала себя словно выжатый лимон. Пожалуй, сегодня не хватало только одного человека. Нокса. Но я подозревала, что магистра я так и не дождусь. Это заставляло грустить. Почему он не пришел ко мне? Считает себя виноватым? Боится возмездия? Сохраняет репутацию? Или злится, что из-за меня попал в неприятности? Все это было очень логично, но очень не похоже на него.

Вероятнее всего, он просто не хочет меня видеть. Вопрос – почему я хочу? Это было иррационально. И совершенно мне не нравилось.

После скудного ужина ко мне зашла медсестра, и я снова выпросила себе целебный сон. Целительница посмотрела на меня с сомнением, приложила руку ко лбу и, обнаружив небольшой жар, все же дала добро. Я с облегчением выдохнула.