Холодный разум

С другой – не могу понять: не слишком ли велика цена?

Человек Без Лица догоняет меня в коридоре. Я даже не слышу его шагов, пока он не останавливается за моей спиной и не шепчет возле уха. Так близко, как любит делать Эль, чтобы воздух щекотал мочку уха.

– Я бы на твоем месте просто ушел и больше никогда сюда не возвращался.

– Это угроза? – Не вздрагиваю лишь усилием воли, хотя сердце испуганно подпрыгивает в груди. Я боюсь этого человека, но прикладываю все усилия, оборачиваюсь и придаю лицу независимое выражение.

– Это совет от человека, не обделенного здравым смыслом. Не нужно вытаскивать Блэкфлая. С эш Грисом тоже связываться себе дороже. Но ведь об этом ты уже знаешь. Я бы на твоем месте не приходил сюда вечером.

– Но ты не на моем месте, – ровно отвечаю я. – И ты работаешь на эш Гриса.

– Я не работаю на него. Я иногда работаю с ним. Это разные вещи.

– Вот и я иногда работаю с ним…

– Не лучший выбор, как и спасение того, кого спасти уже давно нельзя.

– У вас какие-то личные счеты с Блэкфлаем?

– Не важно, что у нас с ним. Я никогда не мешаю личное и здравый смысл. Именно поэтому я лучший. Важно, что с ним происходит. Выпустишь Блэкфлая – выпустишь в этот мир угрозу.

– Я его там не брошу.

– А вот ты приплетаешь личное и поэтому принимаешь ошибочные решения. Хорошо, если о них пожалеешь только ты сама.

– Я делаю, как меня учил Блэкфлай. И прости, но лучшим я считаю его.

– А он и был лучшим. Всегда.

– Был? – Я прищуриваюсь, на миг почувствовав, как сердце сжимается в ледяной комок.

– Да, пока руководствовался теми же принципами, что и я. Не позволял эмоциям возобладать над здравым смыслом.

V

Я ухожу молча, не задерживаясь. Мне не нравится, что Человек Без Лица говорит до боли правильные и очевидные вещи. Меня они ранят. Я в ситуации, в которой не пожелала бы оказаться никому. Блэкфлай представляет угрозу, но я все равно должна его спасти. Даже если мне снова придется сотрудничать с эш Грисом.

Оказавшись за воротами, я попадаю в оживленный поток отдыхающих, в атмосферу морозного праздника и объятия обеспокоенного Эля, который, словно коршун, кружит поблизости от особняка эш Гриса, но, к счастью, пока еще помнит о моем приказе.

– Я уже собирался идти за тобой, – выдыхает он, притягивая меня ближе и сжимая в объятиях. Снова одно и то же! Пожалуй, эш Грис прав, говоря, что вампир будет только мешать.