Русская мечта

Мужская рука втащила его на кожаное сиденье. Негромко фырча, «газик» выкатил на центральную улицу, свернул а заросший лебедой переулок, а оттуда на пустую площадь. Только за сельсоветом, у мертвых репейников, под скульптурой каменной крестьянки, угрожающе замахнувшейся серпом на бетонного пионера, партийный секретарь остановил машину.

– Записка при тебе?

– А рубль?

– Что же это выйдет из тебя? – покачал головой партийный секретарь. – Зачем тебе рубль?

– Я дедовы сигареты потерял, – соврал Виталик, пряча полученный рубль и стараясь прикрыть рукой оттопыренный карман, в котором лежали сигареты.

 – Купил сигареты, а когда лез на кедр, выронил.

– Ну, вернись, – посоветовал секретарь. – Скажи, что вернулся за сигаретами.

Виталик на такую глупость даже отвечать не стал.

– Деньги теперь у тебя есть, – товарищ Ложкин видел Виталика насквозь. – Достань записку и порви. – По голосу чувствовалось, что указанная записка содержит какой-то важный секрет, наверное, на самом высоком уровне, и очень отрадно, что секрет этот (возможно, партийный) не попал в руки разгулявшегося простого механизатора.

 – Мельче, мельче рви.

Виталик с радостью бросал по ветру обрывки.

Все это время товарищ Ложкин сидел сгорбившись над рулем.

Ну, совсем как человек, только толстые щеки провисли от жары, как у собаки. Видно, что печалился, но все же не утерпел:

– Зачем монархию проповедуешь?

– А что еще проповедовать?

– Ну, выбор есть, – недовольно ответил товарищ Ложкин. – Развитой социализм, например.

Или продовольственную программу.

У товарища Ложкин лицо стало совсем человеческим, но Виталик ему не верил.

У тебя-то гривенников не считано, думал он, ты давно в люди вышел. Тебе уже ничего не надо, только езди на казенном «газике» да разговаривай с молодыми учительницами про всякие интересные географические проблемы, а меня чуть что – сразу в чулан. А может, я тоже хочу ездить на «газике», и чтобы люди смотрели с уважением.

Проводив взглядом машину, Виталик вынул из кармана записку и аккуратно ее расправил.

На мелкие части он порвал совсем другую бумажку. В его карманах всегда было много такого добра. Я вот еще со Светланы Константиновны рубль слуплю, сердито подумал он. Светлана Константиновна привыкла к запискам, ей без них будет скучно.

7

Ночь наступила.

Звезды зажглись, потянуло с болот душной сыростью.

Виталик растворил окно, хотя дед запрещал это. Задница чесалась, так хорошо дед поучил внука.