Стена

Стена

Артём Соломонов

В мире, ограждённом стеной, всё подчиняется строгим правилам и законам, и каждый окружает себя такой же стеной. В этом мире красота презирается, а близости и любви в нём нет места. Или есть?История о стремлении к свободе и безграничной вере в мечту.

Артём Соломонов

Стена

Vita somnium breve[1 - Жизнь – это краткий сон (лат.)].

1

Меня зовут Ким Барр, и я не знаю, сколько ещё мне осталось. Правда не знаю. Я пишу в стенах тюрьмы, рядом с потрёпанным томиком «Дон Кихота», в ожидании приговора, который со дня на день должен прийти в исполнение.

Знали бы вы, как здесь смердит, как пугают красные зрачки копошащихся в углу крыс. Скудного света с улицы, проникающего сквозь крошечное зарешёченное окошко в потолке, едва хватает, чтобы читать и оставлять записи в дневнике. Но в углах, в углах – постоянный мрак. С сумерками чернота расползается по камере, и они, считающие себя хозяевами здесь, выбираются из щелей, стремятся меня окружить.

Я стараюсь не спать, под рукой у меня палка, и я неплохо наловчился швырять ей по крысам. Но время от времени всё же проваливаюсь в тревожное, зыбкое забытьё, нарушаемое писком и шорохом в углу.

Что до еды, то кормят здесь какими-то отвратительными объедками… даже собаки питаются лучше. В самом деле!

А впрочем, для меня это не играет уже никакой роли. Да, прав был автор «Дон Кихота», когда говорил «Самая лучшая приправа в мире – это голод».

Но чёрт, я ещё живой, я ведь ещё здесь и… пишу в своём дневнике, пишу и живу!

Здесь я – узник, но таким же узником я был и наверху, на свободе, в Гипнополисе[2 - Город сна (греч.)]. Да и можно ли вообще говорить о свободе, если весь мой город окружён высокой каменной стеной? Эта стена была здесь всегда. Вернее, она была ещё до моего рождения. Её возводили много лет после какой-то катастрофы. Многие тогда погибли, а те, что чудом уцелели, со временем стали винтиками этой дьявольской системы, стали её частью.

Говорят, что по ту сторону стены обитает нечто вроде саранчи, готовой истребить всё живое. И поэтому перелезть её – значит подписать себе смертный приговор. Впрочем, никто и не пытается это делать. Ведь стену всё время охраняют люди в чёрной форме, сопровождаемые крикливым вороньём. Только раз в неделю, в ночь с субботы на воскресенье она остаётся без присмотра. В это время людям запрещается покидать свои дома.