Традиции & Авангард. №2 (14) 2023 г.

Выдавливала и прижигала их ваткой, пропитанной в настойке календулы, чтобы не тыкали пальцем, чтобы не судачили по поводу скачущих гормонов, чтобы тогда он все-таки заметил ее. Подошел. Взял за руку. Закружил. Безостановочно нашептывал ей на ухо смешную чепуху. Уставшую вытянул на свежий воздух, прижал спиной к деревянной стене старого офицерского клуба и жадно целовал ее в губы, пахнувшие сладким шампанским. А за полночь поймал такси и увез на левую квартиру, с трудом справился с дверным замком, затащил ее в спальню, не включая свет, завалил на кровать и до рассвета не терял своего мужского вдохновения…

– И что бы ты хотел узнать?

– Замужем?

– Нет, если ты об этом.

– Не могу отделаться от ощущения, что мы знакомы.

– Какая разница?

Он свесился с кровати и пошарил под ней.

– Мне казалось, что я вчера заныкал банку пива. Ты не видела?..

– Нет.

Он повернулся к ней, обнял и поцеловал в плечо.

– Слушай, не в службу… Глянь, может, на кухне че осталось. Башку че-т ломит.

Она откинула половинку одеяла. Повернулась и, навалившись на него тяжелой грудью, стянула со стула его мятую рубашку. Села на краешек кровати и надела сорочку. Медленно встала. Взглянула на его кислое лицо. Улыбнулась. Не спеша застегнула несколько пуговичек. Поправила волосы. Встала и ушла.

– А мужики че, еще вечером смотались?

Она отрывисто выпалила «да» и скрылась за русской печью с давно не беленными боками в вертикальных ручейках из засохшей сажи, отделявшей комнату от крохотной кухни.

Ее от него.

– Понятно!.. Ну че, есть?

– Да.

– Шикардос!..

Получив офицерскую должность, утвержденную командованием Дальневосточного военного округа в гарнизоне под Артёмом, он жестко настоял на том, чтобы ее на вокзале не было. Но она ослушалась, вся в слезах все-таки пришла и из-за угла торгового павильона, сжимая крохотный букетик гвоздик, видела, как он прощально целовал мать, обнимал отца, как, смущаясь, стягивал с шеи цепкие руки его будущей жены…

– Черт, хорошо-то как!.

– Нет.

Привлекательный мужчина до сорока пяти эгоистичен. Безрассудно полигамен и редко в полную силу ценит любящих его сейчас женщин. Он знает, что будут еще. Знает, что за спинами этих дурех, питая надежду, стоят еще несколько неприкаянных и нетерпеливо ожидающих своего уникального счастья, отчаянных, на все готовых соперниц. И, мотаясь по гарнизонам страны, он не раз бывал на грани развода. Но обошлось.