Элитарные игры осени

– Переодевайся в сухое, а остальное – дело техники, – посоветовал Дмитрий.

Ирина выудила из сумки какие-то тряпки и перемахнула через буну. Дмитрий сделал неимоверное усилие, чтобы не посмотреть в её сторону. Он отвернулся от моря и увидел группу молодых людей, бредущих по железнодорожной насыпи. Заметив Ирину, они остановились. Эта компания почему-то вызвала у Дмитрия раздражение и зависть. (Им можно, а мне нет?) Он повернул голову и встретился с насмешливым, по-детски озорным взглядом Ирины. Несколько секунд они смотрели друг на друга.

Больше он ничего увидеть не успел. Её взгляд «застолбил» всё внимание Дмитрия, а когда Ирина, наконец, опустила голову, то оказалось, что она уже «почти» одета, то есть, одета ровно настолько, чтобы позволить себя увидеть лишь «своему» мужчине, но не постороннему.

Кто-то из компании, что стояла на железнодорожной насыпи, свистнул – вероятно, в знак одобрения или восхищения. Дмитрий вытер со лба внезапно выступивший пот. Ирина так же легко перепрыгнула назад и села рядом, касаясь его ногой и плечом.

– Говоришь, дело техники? – съехидничала она. – Ну? Я жду. Мне холодно.

Дмитрий отпустил рукава своей рубашки, которую надел сегодня утром, и стал ими вытирать её лицо, волосы, шею, спину. Когда рукава намокли, он снова завернул их и в спонтанном порыве тесно прижал Ирину к себе. Она не сопротивлялась.

* * *

В те минуты, на пляже, было ощущение, что до утреннего поезда ещё полвечности. Увы, когда они вернулись домой после вечернего сидения в кафе, стало понятно: усталость и физическая, и эмоциональная оказалась чрезмерной даже для молодой Ирины.

Они просидели до полной темноты, говоря о пустяках, и лишь к десяти часам Дмитрий очнулся и спросил, что она будет делать после возвращения в Москву.

– В тот же день – в телецентр, – не задумываясь, ответила Ирина. – Я и так припоздала. А потом мне предстоит канитель с наследством – и это опять повод для недовольства со стороны моего начальства. Постараюсь ограничить своё участие до минимума.

Юрист у меня уже есть.

– А я в первый день буду только вспоминать тебя…

– Я ж ещё приеду!

– И лишь на второй день обрету способность трезво мыслить и начну думать о том, о чём ты меня просила.

– Слушай, а вдруг у меня случился какой-то сбой – ну интуиция внезапно заупрямилась, или я на своей любимой работе чуть-чуть перегорела? И мы сейчас пытаемся постичь то, чего нет?

– А эти… которые следили? Или этот?

– Ну скажем, влюбился.