Созерцание Ристики

Остальные служащие продолжали трудиться на своих насиженных местах, невзирая на хаос ремонтных работ.

Зайдя в длиннющий коридор четвертого этажа, Сергей остановился – табличек на большинстве дверей не было. Пришлось с уточняющим вопросом остановить женщину в сером костюме, с кипой желтоватых бумаг в руках.

– Лёня! Это к вам! – прокричала женщина куда-то через плечо.

– Иду, иду, – приглушенно послышалось почти сразу.

Хозяин бархатного голоса появился в коридоре только спустя пятнадцать секунд – мужчина среднего роста около пятидесяти лет.

– Вы ко мне? По какому вопросу? – любезно начал диалог профессор.

– Здравствуйте. У меня направление из милиции, – переминаясь с ноги на ногу, ответствовал Сергей.

– О, тогда пройдемте! Только осторожнее – не запачкайтесь в краске, здесь слева.

Зайдя в предложенный ему кабинет, Сергей испытал некоторую разочарованность. Воспитанный на голливудских фильмах и преподаваемой ему в институте теории, он ожидал увидеть у каждой стены книги, перемежающиеся с картинками и иллюстрациями на темы психологии. Помещение же перед ним предстало абсолютно белой, пустой комнатой, неуютной до мурашек. Лишь массивный стол своим тёмным пятном предъявлял права на нахождение в этих просторах.

– Что-то не так? – обошел остановившегося сразу на входе гостя профессор и присел за стол, не сильно-то раскрасив своим тёмно-серым пиджаком и волосами тёмную ауру деревянного массива.

– Разве у вас нет дивана? Ой, я имею в виду эту, как её, кушетку, – произнес Сергей, вглядываясь в почти пустой кабинет.

– Она не обязательно должна быть. В любом случае сейчас всю мебель вынесли – ремонт идет, – развел руками психолог и медленно добавил, – Честно говоря, даже стульев нет. Вам придется постоять.

С лица Сергея можно было прочесть недовольство вперемешку с непониманием, но он предпочел промолчать.

– Давайте знакомиться. В бумаге у вас кажется не расшифровано – меня зовут Леонид Юрьевич, – как-то слишком широко улыбнулся психолог, подавшись всем корпусом вперед.

Сергей польстился на такой жест, успокаивающий его мандраж и тоже в ответ широко улыбнулся, назвав своё имя. Леонид Юрьевич, в свою очередь, сразу же сделал пометку в открытом перед ним журнале.