Нонстоперы #2

Делал он это не в кемпере, а на улице, стоя возле выхода из кунга под струями проливного дождя. – Сегодня мы начали свой путь! Предлагаю рождение нонстоперов считать официально состоявшимся!

За моей спиной раздалась одобрительное «У-у!». Бахнув весь бокал залпом, Гай кашлянул и заторопился обратно. Рубашка и джинсы за эти несколько секунд успели промокнуть практически полностью.

– Гай, ты придурок, – беззлобно бросил я.

Он мимоходом чмокнул меня в щёку.

– Я тебя тоже обожаю, – сказал он и поспешил захлопнуть двери кемпера, ибо сырой и холодный воздух просто высасывал из помещения уютное тепло.

Датчики климат-контроля тут же защёлкали, возвращая привычную температуру и влажность воздуха в установленный режим.

Наша вечеринка затянулась до глубокого вечера. При этом никто, кроме Гая алкоголем не злоупотреблял. В основном, ребята живо обсуждали первый пройденный день, как будто за эти двести с небольшим километров успело произойти что-то из ряда вон выходящее. Более всего горели глаза у нашего британского друга.

Оказавшись там, где и хотел, то есть, в российской глубинке, он с маниакальным энтузиазмом принялся обсуждать местный быт и уровень жизни, не уставая при этом регулярно проходиться по совести наших правителей.

– Не перегори, Кит, – немного устало сказал я. – Впереди ещё много трэша. А Серов – относительно неплохой город. Есть места и хуже… гораздо хуже.

Услышав это, он медленно закивал и поджал губы, пытаясь изобразить сочувствие и понимание. Но глаза выдавали его истинные эмоции.

В них по-прежнему горел азарт и жажда заснять на свой фотоаппарат какую-нибудь «жесть» или «чернуху».

Оказавшись в номере, я торопливо забрался под одеяло и практически сразу заснул.

2 июня 2015. Тихий мрачный город. Олеся

За две минуты до того, как прозвенел будильник, в 7:58 я открыл глаза и увидел, что комнату заливает солнечный свет, рассеиваемый тонкой тканью бежевой занавески. Судя по всему, за ночь небо расчистилось от дождевых туч, и погода обещала быть «лётной».

Я умылся, почистил зубы и вышел в пустующий коридор.

Дверь в номер Гая и Виолетты была приоткрыта, а сам он сидел на кровати одетый и слегка опухший.

– Как дела? – спросил я.

Гай растеряно пожал плечами.

– Хрень какая-то, – сказал он. – Представляешь, посреди ночи эта сумасшедшая сорвалась и убежала в кемпер к остальным девкам. Я спросил, в чём дело, а она ничего вразумительного не смогла ответить. Говорит, что ни спать, ни трахаться здесь не может.