Гласные. Стихи

Сквозь балюстраду хлещет голубизна.

Как передать, чтобы вы это тоже видели?

Ожил случайный снимок, заговорил:

лестница мимо Георгиевской обители,

блик по металлу хромированных перил.

Словно вне времени платье-матроска детское,

даль неоглядна, выгнут небесный свод.

…И на уступе Пушкин стоит с Раевскими —

ровно за два столетия до того.

Вечность густая настолько, что можно пить её.

Чайки мелькают, и ветер несёт их стон.

Конь от обрыва попятился, бьёт копытами,

ржёт и храпит.

Приседает, крутя хвостом.

Юн и порывист, ещё не записан в гении,

Пушкин от груды камней не отводит взгляд,

слыша рассказ: Артемида и Ифигения,

тавры и смерть чужеземцев, Орест, Пилад.

Позже возьмётся перечитать Овидия

и с Муравьёвым-Апостолом вступит в спор…

Камни стены монастырской плющом увиты,

дымкой укрыта линия дальних гор.

Точка на карте, в которой сошлось столь многое:

греческий парус и тысячелетний крест,

флаг на корме – Андрея или Георгия,

флотских архангелов – символы этих мест.

Всё, что ниспослано нам и сполна отпущено,

ждёт лишь касания.

Вот же они, азы:

пальцем водить по граниту, читая Пушкина

и от усердия высунув

русский

родной

язык.

Тёмная комната

Не лайкай инстаграмные[1 - Инстаграм – организация, запрещённая на территории России] посты:

всё пиксели.

Но нет, как ни искал бы,

аналоговой полной черноты,

в которой можно только с красной лампой.

Ах, как мы превращали негатив

в купаемые в ванночках спечатки…

И можно было, сколько захотим,

хранить былую память на сетчатке.

А если слово падает, как свет

на бром и серебро фотобумаги,

сквозь негатив туда, где света нет,

чтобы явить себя в солёной влаге?

Потом промывка, а за ней фиксаж —

и вот он, образ, резок, не расплывчат.

Так, слово обронив, знакомый наш

жжёт красный свет.

Печатает.

Химичит.

Наоборот

Чтобы прочесть это, к зеркалу поднеси.

Что нам порядок, которым буквы ложатся в строки?

Гладь по изнанке, переплетения трогай.

Слово – из кокона. Из скорлупы. Но сил

стоит отчаянных вызвать его наружу.

И понимать происшедшее изнутри,

глядя в лицо ему – странно: покой нарушит,

перекроит тебя, и на живую нить

смечет по новой, иглою сомненья клюнув.

Ходят по свету, вывернув душу, люди.

А разорвётся – некому починить.

Еле ухватишь ткань.