Видеосклеп

Как впечатление?

– От девочек? Ну, в общем-то, никак.

– В точку! Я когда впервые услышал имя Труди Бургин и рожи увидел ее подруг, полчаса от смеха по полу катался.

– А Хельга вроде ничего…

– Ой, насмешил! – прыснул собеседник. – Ничего – значит пусто, какое мнение может быть о пустоте?

Ученики расселись по местам, но гам не затихал. Кто-то вошел в класс, Дин перевел внимание на дверь и впился взглядом в двух красоток, одною из которых была та самая блондинка с глазами искушенной нимфоманки, какую он надеялся встретить еще хоть раз.

Облегавшая короткая джинсовая юбка, ноги длинные, словно вылеплена гением фигура. Вторая девушка не хуже – огненно-рыжая, в вельветовых брючках, с взглядом канадской рыси.

– На что это ты уставился, бурундучок? – спросил Хобб, наклоняясь и дергая Дина за рукав. – Орешки не про твои зубки.

– Кто они?

– Главные объекты мастурбации от тринадцати и выше. Гляди-гляди, но пробовать не смей!

– А пощупать?

Хобб снова прыснул и сказал, запрокинув голову:

– Да тебе кишки вырвут лишь за один такой вопрос.

– Попытаюсь угадать… уж не Коршуны ли?

– Нее, эти с ними не трутся, хотя могли бы. Вон, у окна, такой накаченный блондин, Итан Пайп. Рыжая его, а с белой в прошлом году что-то намутил его приятель. То ли невинности лишил, то ли аборт помог сделать. Подробностей не знаю. Она сейчас вроде и с ним, и не с ним, не ясно. Но первая же вечеринка все расставит по местам.

– Вижу, – ответил Дин. – А названия у орешков есть?

– Белая – Сондра Плат, рыжая – Николь Дилэни, – пояснил Хобб, затем судорожно вздохнул и нагнулся к уху соседа. – Трахнуть бы обеих, а после хоть в пекло адское…

Новичок усмехнулся.

– А что за пацан на передней парте, мелкий такой, в очках?

– Лью Карсон – слизняк, сексот и прихвостень избранных.

– Кого? – не понял Дин.

– Ну, избранных, богатеньких, красивых! Великолепный кружок! Ты, блин, как с Луны свалился. В каждой школе встречаются подобные разделения. В Портленде разве такого не происходило?

– Не замечал. Особо одаренные и зажиточные в нашу школу не захаживали, да и в классах никакого разделения не было, никто не выпендривался.

– А-а, понял. Значит повезло. Придется тогда кратко ввести тебя в курс дела… – Хобб прервался и обернулся на хлопнувшую дверь.