Оля

Затем распрямил руки и поднял на меня голову.

– Лиза, мне позвонить в милицию? – спросила я.

Она покачала головой.

– Не надо. Пусть убирается.

Он смотрел на меня бессмысленным взором и, похоже, не понимал, что происходит.

– Забирай свои манатки и выметайся, – громко и внятно сказала я.

Взгляд его несколько прояснился. Он с трудом поднялся и охнул, зажав между ног руки.

– Еще раз сюда сунешься – отрежу твои причиндалы, – пообещала я ему.

Он посмотрел на нож в моей руке и перевел взгляд куда-то в угол.

Я проследила за его взглядом – там, на полу, лежали его пиджак и рубашка. Я подняла их, вышла в коридор, открыла входную дверь и выкинула шмотки в подъезд. Затем сняла с вешалки дубленку с шапкой и вышвырнула и их тоже.

Он, пошатываясь, вышел в коридор. Я ждала, держа дверь открытой. У самого выхода он остановился и повернулся ко мне, намереваясь что-то сказать. Я не собиралась его слушать.

– В подъезде оденешься, – сказала я.

Вытолкала его наружу и захлопнула дверь.

…

Лиза скрючилась на стуле. Я подняла ее и повела в ванную. Смыла кровь. Слава Богу, швы накладывать не придется. Зубы целы, синяк пройдет.

Сложнее было с возможными внутренними повреждениями.

Я уложила ее в кровать и накрыла одеялом.

– Если к утру боль не утихнет – поедем в приемный покой.

– Зачем?

– Затем. Тебя надо обследовать – вдруг он тебе повредил что-нибудь внутри.

– Не успел, – сказала Лиза.

 – Ты вовремя пришла. Он только начал меня пинать.

А если б я не заболела и не пришла домой сегодня вечером вместо того, чтобы вернуться завтра утром после смены?

Я сел на кровать рядом с ней.

Что же ты с собой сделала, Лиза?

Первый год мы прожили с ней душа в душу. С особыми откровениями друг к другу не лезли, но все же были довольно близки. Я работала в больнице. Лиза училась. На длинные праздники и каникулы мы уезжали к своим родным, а потом возвращались в город.

И тетя Клава встречала нас горячими пирожками.

Лиза сдала летнюю сессию и уехала к родителям. В августе она вернулась, начался новый учебный год.

Первое время все шло как обычно.

А потом стало происходить нечто странное. И у Лизы появились деньги.

Поначалу я ничего не замечала. Да и когда мне было – я крутилась как белка в колесе чуть ли не двадцать четыре часа в сутки.

Первой среагировала на перемены тетя Клава.