Ничей

Пичугин посмотрел куда-то вбок, на оконные жалюзи.

– Понимаете, там корреспондент спрашивал про перестроечные времена.

– Ну и что?

– Да я тогда был в группе «Коммунисты за демократию».

– Мало ли кто где был, Иван Григорьевич!

– Это верно. Только я письмо одно коллективное подписывал, от имени депутатского корпуса.

– Про что письмо?

– В поддержку суверенитета России, против союзного центра, – через силу выговорил Пичугин.

Я помотал головой.

– Простите, не пойму что-то, Иван Григорьевич.

А что тут страшного? Тому письму семнадцать лет исполнилось.

– Понимаете, у меня округ деревенский, там народ консервативно настроен. До сих пор живут прошлым. Могут быть кривотолки.

– А что за канал интервью брал?

Депутат назвал канал.

– Иван Григорьевич, дорогой! Он же в вашем округе не ловится.

– Совсем не ловится? – с сомнением переспросил Пичугин.

– То есть абсолютно!

Депутат помолчал и потеребил кожаный ремешок портфеля.

– Если так, то ладно.

Но вы всё-таки поинтересуйтесь у них до эфира, что они оставили, а что убрали. Хорошо, Алексей Николаевич?

– По-вашему, федеральные телеканалы проводят сбалансированную политику, и цензуры на них нет?

Ну и детки пошли нынче. Девушка с африканскими косичками, задавшая мне очередной вопрос, была настроена наступательно. Вводная часть беседы со студентами осталась позади, и со стороны будущих пресс-службистов начался хороший, плотный натиск.

Я мило улыбнулся.

– Федеральные телеканалы – это не по моей части, скажу сразу.

Мы с ними практически не взаимодействуем – точнее, они с нами. Так что на себе или своих коллегах их политику не ощущаю.

– Ну а что с цензурой? Вы признаёте ее наличие?

– Под цензурой вы, очевидно, имеете в виду редакционную политику. Цензуры как системы специальных государственных структур в нашей стране не существует. Более того, она официально запрещена.

– Хорошо, – донеслось из противоположного угла конференц-зала, – а с редакционной политикой федеральных каналов лично вы согласны?

«Живенько сегодня дискутируем», – подумал я.

– Если бы я был тотально не согласен, то ходил бы с плакатом на марши несогласных.

Раздался смех.

– Если же говорить серьезно, – я погасил улыбку на лице, – то у каждого канала своя собственная линия, своя политика. И рассматривать надо каждый случай в отдельности. Мне что-то нравится, а что-то нет. Нормальное явление.