Две комнаты

 – А пропуски, конечно, буду! И двойки за контрольные тоже буду!

– Ну-у-у-у… – растянулось на всю аудиторию, перемешиваясь с девичьим хохотом.

– У меня подход как в университете: всё основывается на личной осознанности студента, хотите учиться – ходите на пары и слушайте, после каждой темы – контрольная, оценка – в журнал, исправлять нельзя.

– Никита Андреевич, мы уже подумали, у нас хотя бы один нормальный предмет будет, где не надо ничего записывать и зубрить! – иронично изображая недовольство, высказалась высокая шатенка с третьего ряда.

– И хотя бы один нормальный преподаватель. – где-то в конце раздался ехидный голос, пытаясь меня уколоть.

– А что, можете не писать, тетрадки ваши проверять не буду! Да и зубрить не надо, у меня практически нет нудных и унылых тем, всё из жизни. Вот пройдём гражданскую оборону, начнем изучать медицину – будет интересно, не расстраивайтесь! – подбодрил я девушек. – Доставайте листочки, будем писать вступительную контрольную. Проверим, чему вас в школе научили.

Аудитория вновь недовольно загудела, начался учебный процесс.

Часть 3.Олег

Пока ноги несли тело в университет, голова искрила от ярких образов и ожесточённых споров. Порой внутренние конфликты затмевали своей яркостью внешний мир, и я легко мог обнаружить свой организм посреди проезжей части под красным сигналом светофора. Подобные курьёзы, как и привычка перебегать дорогу в неположенном месте, добавляли образу обэжэшника сомнительную репутацию. Привыкнуть к городу, узнающему тебя тысячами студенческих глаз, было сложно.

Первая и вторая части внутри меня всю жизнь являлись врагами. Одна ориентировалась на чувства, вторая – на здравый смысл. Каждая жила в своём пространстве, обладала собственным голосом, методами убеждения и изощрённым набором трюков из всевозможных провокаций и манипуляций. В детстве всегда побеждала эмоциональная часть, но с возрастом выше и сильнее становилась рациональная. Сознание кидалось из крайности в крайность, не имея ни единого шанса найти общий баланс и равновесие.

– Ну как там? – встретив одногруппника рядом с деканатом, поинтересовался я.

– Да нет его! В другом корпусе, наверное. – недовольно пробормотал приятель, приветственно протягивая ладонь.

Пять долгих лет мы вместе сидели за одной партой, решали сложные задачи, давали друг другу списывать, часто прогуливали лекции, обменивались книгами, смотрели кино и рассуждали о жизни.