Поезд

Поезд

Анна Никонова

Жизнь можно рассматривать по-разному, как долгую прогулку или промелькнувший миг, а можно и как поездку, особенно через призму собственных путешествий на поезде, где можно встретить интересных пассажиров и не очень, услышать захватывающие истории и жалобные рассказы, иногда просто наслаждаясь мелькающими пейзажами. А если еще добавить толику мистики – оторваться от такого приключения будет просто невозможно

Анна Никонова

Поезд

Поезд медленно полз, мимо проплывали пейзажи, под мерный стук колес веки закрывались, но уснуть никак не получалось.

– Тоже не можете уснуть? – раздался голос снизу.

Я не спешила с ответом. Сцепив руки под головой, я ждала продолжения.

– Никогда не могла спать в поездах, хоть и езжу уже достаточно долго. Спускайтесь ко мне, составьте компанию.

Я осторожно свесила ноги с верхней полки и спрыгнула на пол.

На откидном столике уже стояла небольшая емкость с вином.

– Домашнее, – проговорила соседка снизу, – я всегда беру у одних и тех же людей, они не крепят и не разбавляют вино.

Она засунула руку под сиденье, выдвинула коробку мандарин и достала несколько крупных фруктов.

– Прямиком из Абхазии, как говорится, только с ветки сорвали.

Я улыбнулась.

– Нет, правда, я сама и сорвала. Еду со сборов урожая. Как на пенсию ушла, денег стало не хватать, вот подруга и посоветовала подработку. Не то, чтобы работа уж очень нравилась, руки болят страшно, но это лучше, чем ничего.

Лицо до сих пор сохранило остатки былой красоты, а руки огрубели, да и артритные шишки красоты не прибавляли. Но разговаривала женщина очень красиво, тянула слова, явно наслаждаясь их звучанием, и разговор тек так естественно, как река, которую мы как раз проезжали. С таким собеседником даже дорога в поезде «Сухуми – Санкт-Петербург», где бывало не вполне свежая проводница сажала тебя в вагон, казалась приятной прогулкой…

– Бабушка! – внучка прервала меня, серьезно глядя в глаза.

Я весело рассмеялась.

– Почему же отказывать себе в удовольствии?

Яна, моя единственная внучка, была крайне серьезна в свои девять лет и очень любила слушать мои истории из промелькнувшей молодости. А что еще нужно старой женщине, как не благодарные уши.

– Но оно же вредно.

– В больших количествах все вредно.