Исмаил

Мы с утра до ночи работаем с деньгами, они и думают, что всякий раз, как захотим, можем взять себе. Но нужно быть очень внимательным. Женщина – как та же пачка купюр по сто туманов, следует очень тщательно пересчитать, чтобы не ошибиться ни в ту, ни в другую сторону, или чтобы фальшивку тебе не подсунули, потому что потом у тебя ее уже не возьмут, понимаешь?

– Понимаю.

– Очень хорошо, теперь возьми эту пачку двад-цатитумановых и пересчитай. Хорошенько наблюдай за моими пальцами и делай так же.

И Хедаяти начал пересчитывать купюры, вложенные в одну из сберегательных книжек.

– Понятно тебе?

– Понятно.

– Тогда начинай!

Исмаил начал. Это было тяжело. Пальцы его с трудом перебирали купюры и быстро устали. Однако он не останавливался. Старался. В это время один посетитель сказал громким голосом с необычным выговором:

– Салям алейкум уважаемым господам и дамам!

Исмаил посмотрел на него. Высокий, в белой рубашке и с седыми волосами, лицо красное, глаза вытянутые, веки припухшие.

– Как ваше драгоценное здоровье, уважаемый господин Хедаяти?

– А как ваше, уважаемый господин Аспиран? Дела ваши, вижу, идут хорошо, а как здоровье членов тела вашего?

Мужчина сказал:

– Уважаемый господин Хедаяти, чтоб вы знали: вежливость имеет гораздо большую ценность, чем все те деньги, которые вы пересчитываете. В этой связи убедительно прошу вас соблюдать вежливость!

– С вашей точки зрения, я чем-то вас задел?

– Я больше ничего не добавлю, вы все изволили слышать.

Потом мужчина повернулся к Исмаилу:

– А вы, уважаемый новый молодой работник, не могли бы посмотреть, какая сумма на моем счету?

Исмаил удивленно переспросил:

– На вашем счету?

– Да, как я и сказал, на моем счету, номер 444.

Хедаяти, записывающий цифры, сказал:

– Господин Аспиран, он пока не знает этого. Будьте добры, подождите немного, я лично буду к вашим услугам.

Затем он достал карточку счета из пачки других карточек и объявил:

– Пожалуйста, уважаемый господин, один миллион шестьсот тысяч риалов – такова сумма на вашем счету.

– Очень хорошо, господин Хедаяти. Но я вам много раз говорил, и это записано у вас на моей карточке: мое имя Зинати, а не Аспиран!

Он сказал это и быстро вышел на улицу. После его ухода следы улыбок еще оставались на губах многих.

Исмаил считал, и конца этому не было видно.