Моя Ева

Что можно взять от бездыханного тела? Толку-то с него?

Лихорадочно оглядываюсь по сторонам, в поисках удачного места для воплощения своего грандиозного плана. Надо упасть так, чтобы мой обморок выглядел реально на настолько, насколько это возможно, и в то же время постараться не удариться головой.

– Хватит трястись, Ева, – слышу усталое.

А?

– Я же сказал, что не причиню тебе вреда.

Смотрю с недоумением на Игоря Андреевича – ну и перевоплощение. Еще несколько секунд назад он наводил невыразимый ужас.

Я даже его с дьяволом кажется сравнила, а сейчас он снова выглядит как нормальный человек. Ну насколько это возможно при его статусе.

– Вы ведете себя странно, Игорь Андреич, – неуверенно бормочу.

– Неужели?

– Вы меня пугаете…

Он перевел дыхание.

– Ты только что впустила в свою квартиру абсолютно незнакомого человека. Да, ты видела меня прежде буквально пару раз, но ты понятия не имеешь, что я из себя представляю. Ты не посмотрела в глазок перед тем, как открыть дверь. И ты говоришь мне, что я веду себя странно?

Чувствую себя нашалившим ребенком, которого отчитывает строгий отец.

– Вы сами напросились ко мне домой, – неуверенно пытаюсь оправдать свои необдуманные действия.

Он с досадой посмотрел на меня.

– А могла вежливо послать куда подальше. Где твой здравый смысл, девочка?

Очень хороший вопрос. Где же он, этот здравый смысл, который являлся неотъемлемой частью моей практичной натуры?

– Знаете, Игорь Андреевич, вы, конечно же, правы. Сам факт того, что я вас обслужила два раза, еще не повод для столь безграничного доверия по отношению к вам.

Вы можете смеяться или подумать, что я чересчур наивна, но… Я уверена, что вы не сделаете мне ничего плохого.

Он смотрит на меня хмуро.

– Я не знаю, как это объяснить, я просто это чувствую.

На последнем слове мой голос практически перешел на шепот.

– Чувствуешь? И что же ты чувствуешь, Ева? – спрашивает вкрадчиво.

Снова слышу бархатные нотки в его голосе, отчего миллион мелких мурашек пробежал по моему телу.

От макушки до кончиков пальцев на ногах. Невероятное ощущение.

– Мурашки.

Кажется, я ответила не совсем то, что ожидал услышать Игорь Андреевич. Он медленно переводит дыхание, тяжелым взглядом внимательно рассматривает мое лицо, отчего мне становится невыносимо жарко, и кожа становится очень-очень чувствительной. Махровая ткань халата неприятно касается голого тела, хочется его скинуть. Кхм. Плохая. Плохая девочка Ева.