Всего лишь легенда

– Не стоило бы вам отвлекаться, господин, – проговорил он тихо. Я хмыкнул. Стыдим начальство? Очень в стиле Агата.

– Разве не ты о ней написал? Сам виноват, – отрезал я.

– Похоже, что так, – вздохнул Мур.

***

– Ну и местечко вы выбрали, ваше благородие, – поцокал языком возница. Звали его Митр. Он был нанят еще вчера – для поездки к графине Терру. Вполне вероятно, бургомистр специально подослал его к трактиру и сегодня. Ну, так не будем создавать проблем главе города. А то подумает, что снова необходимо сопровождать меня везде и всюду.

Митр обнаружил трогательную привычку беседовать со своими пегими коняшками во время ожидания, причем и их и себя умудрялся именовать в третьем лице. Должно быть, так он соблюдал приличия: ни он, ни лошади не обращались друг к другу напрямую, а потому были избавлены от чувства неловкости по поводу странностей подобных разговоров.

Митр был терпелив, и на все причуды наемщиков отвечал благодушным: «Раз надыть, что же…». Так мы и оказались возле Черной башни.

Не то, чтобы в Черной башне было что-то такое уж невероятное. В окрестностях столицы их было немало, и я навидался. Но то – в окрестностях столицы. А тут – самое сердце северных земель, слишком далеко для наследия Лоэнринов. Но вот же – в каких-то пятнадцати от меня шагах тускло поблескивает в солнечных лучах полированная поверхность…

– Что же местечко? Тихо, спокойно, – заметил я.

«Птички не поют, мушки не жужжат», – тут же подсказал внутренний голос. Действительно, тишина была слишком уж непроницаемой. Лошади забеспокоились, Митру пришлось их успокаивать.

– Здесь такое бывает. Зверье магию чует. Старое кладбище рядом, недоброе место. Да Башня еще, – пояснил возница. А я сразу заподозрил в нем бесценный источник сведений о городе. Агат не спешил отмечать детали.

– А что, там неспокойно?

– Может. Кто же туда сунется по доброй воле, чтоб проверить? Достанет и того, что там почти все семейство Лоэнринов похоронено.

Ну да, ну да.

…«Зимние графы» – все равно, что «маги-отступники», «неназываемые»… или еще с десяток прозваний, которые прижились в разных концах Релля. Так стали называть самый многочисленный в королевстве магический род Лоэнринов после того, как их имя было запрещено.