Англичанин

Что же делать? Сколько уже прошло времени? И почему я не обезвредил бомбы? Если Лаура появится в лаборатории, то естественно все взлетит на воздух. Я очень надеялся, что кольцо забрала не Лаура, иначе всему придет конец.

Стараясь не думать об этом, я стал осматривать комнату. Здесь был ужасный запах. Сквозь сумрак я рассмотрел решетку. Значит это тюрьма. Но что это за время? А Мария, где она? Рядом раздался стон, я резко обернулся и увидел неподалеку лежащего человека. Подойдя ближе, я понял, что это женщина, Мария.

– Мария, Мария, очнись, – я легонько трепал ее за плечо.

– Что происходит? – проговорила она едва слышным голосом.

– На нас кто?то напал, когда ты привела нас в убежище Лауры. Это какая?то тюрьма. Скажи мне, какой сейчас год?

– Что? Лаура? – она тряхнула головой и сказала – Это XVI в., но я не помню точно, какой год.

– Теперь ясно, что нас ждет впереди. Нас точно сочли за колдунов и скорей всего здесь мы находимся в ожидании казни.

– Казни? О чем ты говоришь? Скорее уходим отсюда! – она схватила себя за левую руку, но кольца там не оказалось.

– Да, кто бы они ни были, они все забрали.

– Это Лаура, это она!

– Я очень надеюсь, что это не так. Она как раз из этой эпохи, но это ни о чем не говорит. В любом случае, если нам повезет, нас просто сожгут на костре, а если мы попали в руки инквизиции…

– Замолчи! Сейчас же замолчи! Мы, конечно, выберемся отсюда, всегда выбирались. Надо просто хорошенько подумать.

– Да уж, но мне почему?то ничего не приходит в голову.

Мария ничего мне не ответила, встала и обошла комнату. Я смотрел, как она на носочках пыталась дотянуться до окна. У нее ничего не получилось, тогда она стала обшаривать устланный соломой пол. Не прошло и минуты, как она с громким криком отскочила в сторону.

– Там что?то мокрое и липкое!

– Скорей всего какая?нибудь крыса, – я подошел к тому месту, на которое она указывала, и поднял солому. Как я ни ожидал это увидеть, все же легкая дрожь пробрала меня.

Шаги раздались совсем близко. Мы увидели сгорбленного человека с огарком свечи в руках. Он ударил миской о прутья решетки:

– Обед! – проскрежетал он, открыл дверь, быстро поставил миску на пол и ушел.

– Подождите! – крикнул я опомнившись.