Второго дубля не будет. Комедия положений

Его сильный низкий бас мало вязался с ординарной внешностью невысокого слегка рыжеватого парня.

Перед болезнью Гена говорил о необходимости измерить константы реакций участвующих в процессе образования окраски веществ.

Семен, который, взяв однжды надо мной шефство, не бросил в несчастье, поговорил с Дюмаевым обо мне, и они остановились на кандидатуре занимающегося импульсным радиолизом Пикаева Алексея Константиновича, с которым Дюмаев был знаком.

Вот я через месяц, вытерев слезы, поехала знакомиться с Пикаевым, который был предупрежден о моем приезде.

Это был конец сентября, не топили, я была в голубом плаще, навела макияж, позвонила по внутреннему телефону, и Пикаев вышел ко мне. Алексей Константинович оказался невысоким кругленьким мужчиной в очках с сильными линзами. Я пересказала ему свою невеселую историю. Услышав о смерти Гены от игры в мяч, Пикаев удивился:

– Ударил головой мяч, и такое с ним приключилось? А как же по телевизору показывают, как футболисты бьют головой мяч, и ничего?

Я мрачно глянула на своего будущего шефа:

– Головы разные.

Всё остальное он выслушал молча, как-то неодобрительно, особенно, что у меня двое детей. Единственное, что показалось ему обнадеживающим, это физтех за спиной, так, во всяком случае, мне показалось.

– А что, собственно, говоря, имел в виду Дюмаев под просьбой Вас пригреть?

Я остолбенела на секунду. Ничего себе формулировочки! Пригреть! Но оскорбляться было не к месту, и я сказала, может быть, чуть-чуть хмыкнув:

– Всего лишь стать моим руководителем.

Пикаев был невозмутим и молчал. Трудновато мне с ним было после быстрого и открытого Гены. Он бы обязательно заметил шутку и засмеялся. Я спросила в лоб:

– Так Вы возьмете меня?

– С начальством не спорят, – последовал малоутешительный ответ.

Мне ездить к ним на Калужскую было очень далеко, от одного этого вариант Пикаева был для меня не самым подходящим, но я тоже не хотела спорить с начальством и промолчала и тут, и там.

Мы отправились в первый отдел относить мой допуск. Там было еще холоднее, чем в вестибюле.

– Вы хоть бы посодействовали, чтобы скорее затопили, – сказал Пикаев начальнику группы режима (проку с вас никакого, звучало подстрочно, хоть бы в этом помогли). – Посмотрите, женщина (это я) приехала из другого института, так с непривычки так замерзла, что у нее губы посинели.