Второго дубля не будет. Комедия положений

Но досталось не мне, а моей дочери, её правнучке.

А еще одно старое зеленое одеяло, под которым сейчас храпел Колгин, имело две аккуратно заштопанные дыры сверху – да, да, оно было сшито из того самого сатина, который я в пятилетнем возрасте резала на бахрому в Колпашево, больше двадцати пяти лет назад. И еще мама дала розовое вылинявшее одеяло, купленное в Карталах и служившее тарой, в которую зашивался багаж при многочисленных маминых переездах (из Карталы в Кобулети, из Кобулети в Батуми, из Батуми в Караганду и из Караганды в Подмосковье).

Так что, возможно, не надо было ездить на курорты, а накупить одеял, – кто знает, но сейчас-то, я обязательно всё куплю, налажу уютный добротный быт.

После десяти лет скитаний мы заполучили, наконец, трехкомнатную квартиру, 34 квадратных метра, самая большая, проходная комната – четырнадцать метров, на седьмом этаже нового панельного дома. Панели обложены розовой плиткой.

– Голубятня, – обозвала нашу обитель мама.

Мы стали как все, с пропиской по месту жительства, с правом бюллетеня по болезни, с заботами о ремонте, узнали такие слова, как бустилат, раствор, шпаклевка, цинковые белила, эмаль, водоэмульсионка и прочие названия вещей и предметов, которые не интересовали нас в первые десять лет совместной жизни.

Оставалось купить ковры и старательно выбивать из них пыль по выходным дням, забивая легкие себе и подвернувшимся прохожим, и тогда уже мы встроились бы в единую шеренгу скромных и не очень требовательных российских обывателей.

Сейчас самое время вернуться назад, пройтись по годам и вспомнить, как досталась нам эта квартира.

Восемь лет назад, в августе 1971 года я перераспределилась в НИОПиК. В направлении, которое я принесла в отдел кадров, было написано «жилплощадь в порядке общей очереди». Эта чахлая приписка помогла мне встать в общую очередь на квартиру сразу, а не после двух лет отработки.

В НИОПиКе было запланировано строительство четырех девятиэтажных жилых домов.

Юрка Подгузов, его приятель по ЦНИИМАШ устроился в управление связи, где ему пообещали комнату. Он звал моего мужа туда, но Лешка медлил. Не хватало ему решительности действовать быстро. Он был молодой специалист, и надо было ехать в министерство, перераспределяться заново или просить отпустить.