Осколки

Он независим, и мои попытки повлиять на эту независимость….

– А они были?

Павел смутился.

– Прежде. Несколько раз. Но как-то… неудачно. Я все хотел поближе познакомиться с ней, а он… вы меня понимаете.

– Хорошо, давайте вернемся к взаимоотношениям вашего героя с Мариной. Кстати, как его зовут?

Самое удивительное, что этот казалось, простой вопрос, застал Павла врасплох. Он замялся, некоторое время смотрел в пустоту перед собой, и так ничего не сказал.

– Он безымянный для вас? Или ваш тезка? – подбодрил я молодого человека.

– Не тезка, нет. Его зовут иначе. И он откликается на свое имя. Но я… странно, да? – я не могу вспомнить его.

Ничего странного, табу на упоминание имени всуе. Лишнее подтверждение моей теории. Никто из посторонних не должен знать его, ведь подобное знание означает власть обладающего им. Вот только, что дает Павлу эта короткая власть, всякий раз прерываемая явью?

– Так что у вас с Мариной? – напомнил суть вопроса я. Павел неожиданно покраснел.

– Было хорошо. Мы встречались общались….

– Эротические сцены?

– О, нет, нет, до этого не дошло. Просто ухаживание. Поцелуи и объятия. И… он иногда достаточно вольно трогает ее….

– Герой от вас ничего не скрывает?

Он посмотрел на меня серьезно.

– Он просто не может скрывать. Мне кажется, он даже не догадывается о моем присутствии. Я хоть и не могу навязать ему что-то, но понимаете… Алексей Никитич, одно наблюдение за ним уже доставляет мне удовольствие.

– Я прекрасно вас понимаю.

– А теперь, все это позади.

Наши свидания закончились и надолго.

– Она отказала, – молодой человек покачал головой.

– Она здесь не при чем. Собственно, из-за этого я и проговорился Лене, а она уговорила меня…. Понимаете, доктор, – уже не Алексей Никитич, уже официально, – только по этой причине я и пришел к вам, – он снова замолчал, и я вынужден был вставить слово.

– Я слушаю вас, Павел, очень внимательно.

– Вы не поверите. Это дикость, но…. Началась война, и… меня забрали на фронт.

Глава пятая

Он шел по неприветливым холодным улицам, подняв воротник плаща и изредка посматривая на часы.

До встречи оставалось порядком, оставшийся путь краток, но он все равно спешил, не глядя по сторонам, шел к маленькой узловой станции Верховая. Но с какой скоростью ни продвигался он вперед, мыслями был далеко позади. В доме, откуда так поспешно бежал.

– Садитесь, – хозяйка расставила тарелки и снова вернулась к плите. – Я составлю компанию, если не возражаете.