Осколки

Будто действительно только этой встречи и ждал. Она коротко обсказала свою жизнь за эти полгода, а мне вроде бы и рассказывать нечего, и я в ответ машинально принялся что-то сочинять. Вполне внятно, настолько, что поверилось и самому. И ведь странно, меня опять же самого поразило, какими подробностями тогда я оперировал. Практически не имея представления об учебном процессе, не только здесь, но тем более, в Свияте. Говорил о старшем преподавателе Степанове, рассказывал про него какие-то анекдоты…. Знаете, под конец, я сам стал удивляться этим знаниям.

– Во сне происходит нечто подобное. Вы ведь наверняка читали о студенческих сообществах. Этого хватило, чтобы создать иллюзию.

– Иллюзию, – он встрепенулся. И тут же продолжил. – Мы немного побродили по улицам. Потом вроде хотели зайти ко мне, да Марина передумала. Предложила пойти в кино, на какой-то шпионский фильм, я даже название помню: «Тайная война».

Он замолчал.

– И вы пошли, – Павел мотнул головой.

– Не знаю. Странно да? Сон прервался именно на этом месте.

– В каком смысле, другим? – спросив, я подумал, интересно, насколько в этой части его рассказ будет совпадать с тем, о чем мне сообщила Елена еще на станции метро.

– Вам такого не приходилось испытывать, – с уверенностью произнес молодой человек. – Когда смотришь на себя во сне в зеркало, в гладь пруда или во что-то, что могло бы отразить лицо – и не узнаешь.

Я молчал. Павел выдохнул коротко, нервно потер ладони.

– Я увидел себя, когда к ней зашел в гости, в смысле, к Марине. Это был далеко не первая наша встреча, помню, мы шли до ее дома взявшись под руку, как степенная пара. Словом, – спохватился он, – я стоял возле зеркала, помогая Марине раздеться, помню, на ней был синий плащ с застежкой под горло, и вдруг словно что-то толкнуло, – повернулся и заглянул.

– Вы на кого-то были похожи?

– Нет, если вы думаете, что у меня лицо во сне оказалось известным, то ошибаетесь.

– Нет, я имел в виду….

– Уверяю вас, – пылко произнес Павел, – этот человек мне вовсе незнаком. Ему примерно двадцать четыре – двадцать пять лет. Крепкого сложения, мускулистый. Лицо… простое такое. Я затрудняюсь его описать.